Запах смерти - Эндрю Тэйлор Страница 218

Я опять промолчал.

— Что меня ничуть не удивило бы, – продолжил он. – И ничуть не удивило бы кое-кого из оставшихся слуг Винтуров.

— Я жил у Винтуров последние восемнадцать месяцев. Конечно, я был привязан к семье. И надеюсь, они ко мне тоже.

— Я имел в виду особенно нежную привязанность. – Он холодно улыбнулся. – Какая жалость, что в доме не оказалось служанки. Мириам Барвиль. Она бы знала наверняка. Однако Мириам Барвиль переметнулась к повстанцам вместе с Самюэлем Ноаком, и с тех пор о ней ничего не известно.

Я поерзал на стуле. Раненая нога затекла.

— Что делает вас, мистер Сэвилл, – вздохнул Карне, – моим единственным источником информации. Вы знали, что Ноак был шпионом?

— Да, но я узнал только сейчас. Я оставался в неведении буквально до последнего дня.

— Вы познакомились на борту корабля, направлявшегося сюда из Лондона?

— Да, совершенно случайно. Он сообщил, что в Нью-Йорке его ждет должность секретаря. На следующее утро после прибытия он пришел ко мне, пожаловался, что обещанную ему должность ликвидировали, и попросил порекомендовать его, если я вдруг узнаю, что какому-нибудь джентльмену требуется делопроизводитель. Получилось так, что мистер Таунли вскоре посетовал на то, что его секретарь умер.

— Что, очевидно, было ложью, – заявил Карне. – Я побеседовал с его бывшим секретарем. Как и вы, насколько мне известно. Если вы говорите правду, получается, что Ноак и Таунли использовали вас, чтобы создать видимость, будто познакомились случайно. Хотя если Ноак был шпионом повстанцев, значит Таунли тоже им был. Вас это удивляет?

— Не особенно, – пожал я плечами. – Я слежу за ходом ваших мыслей.

— Тогда прошу вас проследить за ходом моих мыслей чуть дальше. Мы нашли бумаги в доме Таунли, подтверждающие наши предположения. Итак, допустим, что это правда. Но зачем Ноак проводил столько времени на Уоррен-стрит? – Карне устремил глаза к потолку, словно рассчитывая получить там ответ. – Шпионить за вами? Что ж, вполне возможно. Однако вы не производите впечатление человека, который не следит за тем, что пишет или говорит. Тогда что еще? Может, он воспылал страстью к прелестям миссис Арабеллы? И опять же, это возможно, но маловероятно. Или все-таки имелась иная причина? И было ли это каким-либо образом связано с необъяснимым желанием дамы убежать вместе с мистером Ноаком через замерзшую реку?

— Быть может, они были тайными возлюбленными, – предположил я.

Карне бросил на меня острый взгляд:

— Полагаю, вы шутите. Впрочем, ваша версия ничуть не хуже других.

— Она была в растрепанных чувствах, сэр. Я твердо знаю. Все, кого она любила, ушли в мир иной. Она не отвечала за свои поступки.

— Таунли убили на причале Нормана. Кто его убил?

— Я не знаю.

— Его ударили по голове каким-то тяжелым предметом, – заявил Карне. – Он был высоким мужчиной. Маловероятно, что его могла убить одна из женщин. Допустим, это сделал Ноак. Но зачем? Боялся, что Таунли его предаст? Хотел заткнуть Таунли рот? В таком случае было ли убийство хоть как-то связано с тем, что привело Ноака на Уоррен-стрит?

— Я не знаю.

— Почему он до последнего момента продолжал ходить к Винтурам? Вот в чем кардинальный вопрос. Может, он охотился за чем-то, что хранилось в доме? И взял ли он это с собой в Нью-Джерси?