Разящие огни грехов - Гера Фотич Страница 25

— Ну что, Палтус, пойдёшь с нами пенсионерами гулять или косточки от старости болят?

Овчарка вскочила с подстилки, радостно коротко заскулила, преданно глядя на хозяина, стала бить хвостом.

Сомов отстегнул пса от цепи, скомандовал «Рядом!». И тот смирно пошёл с левой стороны, помахивая пушистым хвостом.

Мужчины по тропинке спустились к прозрачному озеру, пошли вдоль берега, поросшего невысокой травой, местами сменяемой округлыми проплешинами чистого пляжа с золотистым песком.

Косых повернулся к приятелю:

— Всё забываю спросить, почему ты овчарку свою Палтусом назвал? Быстро плавает?

Семён улыбнулся:

— Если бы так – назвал «тунцом». А «Палтус» – это рабочее название подводной лодки проекта восемьсот семьдесят семь, в простонародье «Варшавянка». Я такой командовал – в память о ней. В своё время предполагали оснастить ими страны Варшавского договора, но не сбылось – перестройка. А знаешь, как её называли в НАТО?

Павел недоумённо пожал плечами.

— «Чёрная дыра»!

— Это за что же так грубо? – усмехнулся Косых.

— Исключительно за бесшумность, – пояснил Семён, – она же на аккумуляторах под водой идёт. Ездил в электрических автомобилях?

— Нет, – покрутил головой Павел, – не довелось.

— Так вот они тоже едут без звука! Я в интернете прочитал, что китайцы даже придумали через динамики пускать тихий рокот, напоминающий работу двигателя, чтобы водителю было привычней – не терялся на ходу.

— Ох уж эти китайцы! – покачал головой Косых. – А ведь они нам даже в подмётки не годились, когда начали свою экономику поднимать.

— Да, грустная история! – Сомов подобрал увесистую палку и забросил её подальше в озеро.

Пёс, не раздумывая, бросился за ней вплавь, схватил в пасть и вернулся обратно. Выйдя на берег, положил у ног хозяина, отряхнулся, обдав мужчин холодными брызгами.

— Умный Палтус! Хорошая собака! – похвалил хозяин, потрепал пса по голове. Снова бросил палку подальше, и пёс опять сорвался с места, бухнулся в воду.

Сомов шёл впереди, его короткие белые штаны до колен открывали кривые волосатые ноги в чёрных носках и светлых мокасинах. Походка была медленной, но упругой – здесь он знал каждую кочку.

Косых чувствовал себя не в «своей тарелке». Солнце припекало, и в чёрном костюме становилось жарко. Он снял пиджак и закинул его на плечо, держа за петлю на воротнике, спустил узел галстука и расстегнул сверху рубашку. Шёл неуверенно, аккуратно ставя ногу, чтобы не зачерпнуть песок. Увидев лавочку, он положил на неё пиджак и сел.

Семён посмотрел на приятеля, быстро упал на песок и отжался несколько раз, затем тоже сел рядом, отряхивая ладони, переводя дыхание. Немного посидев молча и глядя на озеро, с умилением произнёс:

— Благодать! Слава тебе Господи на старости лет наслаждаться такой безмятежностью. – Пёс снова принес палку, и Семён не вставая бросил её в озеро. Обернулся к приятелю, хитро улыбнувшись, спросил: – Паша, ты в Бога веришь? Кому молишься? Прокурору или минюсту?.. Поэтому тебе Господь не даёт жену и детей с внуками!

Косых пожал плечами:

— Да нет, верю, как и все! Просто судьба такая.

— И в церковь ходишь?

— Не хожу, – усмехнулся Косых, – посредников не люблю!

— Это как? – не понял Семён.

— Ну, вот ты когда хочешь яблоню или грушу купить, не едешь в магазин, а в питомник обращаешься к производителю! Правильно?