Дело о золотой мушке - Эдмунд Криспин Страница 26

— Перестань, Изольда, – резко сказала она, – мы уходим. Держись за меня.

Она довела Изольду до двери, отказываясь от неуверенных и вялых предложений помощи.

— Всем спокойной ночи, – произнесла она с удивительным хладнокровием. – Спасибо, Питер, за чудесную вечеринку. – И ушла.

Найджел вышел за ней посмотреть, не понадобится ли помощь. Они столкнулись у дверей туалета, Изольда была бледная, потная и вся дрожала. Хелен покраснела от смущения, увидев его.

— Позволь, я помогу, – предложил Найджел.

— Нет, спасибо, Найджел. Я справлюсь. Возвращайся и развлекайся.

Но он все-таки проводил их до двери отеля.

— Спокойной ночи, дорогой, – сказала Хелен, пожимая ему руку. – Если и после этого я не перестану ходить на вечеринки, я безнадежна.

— Все безобразно напились. Ты уверена, что справишься?

— Да. Тут недалеко. – Она уже собралась уходить, но, обернувшись, неуверенно произнесла: – Знаешь, Изольда не плохая. Просто глупая. – Легкая улыбка осветила ее лицо.

Поддавшись чувству, он подошел и пожал ей руку. Изольда, повиснув на плече Хелен, бормотала что-то бессмысленное.

— Бог тебя благослови, моя самая дорогая… – сказал он. И Хелен с Изольдой ушли.

Когда он поднялся обратно, вечеринка уже подходила к концу. Гости спускались по лестнице по двое, по трое, зевая и болтая. Найджел подошел к Рэйчел, которая стояла в одиночестве, ожидая, когда Роберт даст Джейн указания на следующее утро.

— Как смеет эта девчонка делать Роберта посмешищем вот так вот, на глазах у всех! – вскричала она.

— Никто ведь не осуждает Роберта, – ответил он. – И с какой бы стати? Он ни в чем не виноват.

— Я не уверена, что он так уж возражает против того, чтобы она на нем висла, – сказала Рэйчел с неожиданной злостью, поразившей его.

— Но не думаешь же ты?..

Она прервала его нетерпеливым жестом.

— Роберт такой же, как все мужчины: любые перемены к лучшему. Но если он или она думают, что я буду сидеть в сторонке и разыгрывать из себя какую-то терпеливицу…

Она резко осеклась. Найджел чувствовал себя крайне неловко. «Еще одно звено! – подумал он. – Ситуация все больше усложняется».

После суматохи прощаний и пожеланий спокойной ночи Найджел и Николас остались наедине с Питером Грэмом. Количество выпитого оказало на него неожиданное действие, и, пока они еще что-то ему говорили, он упал в кресло и громко захрапел. Николас вздохнул.

— Теперь мы, видимо, должны уложить его в постель, – сказал он.

Это им удалось, хоть и не без труда. Вернувшись в гостиную, Николас с отвращением огляделся – пустые бутылки, грязные стаканы, сломанные и рассыпанные цветы, передвинутая мебель, сизый дым от сигарет и бесчисленные окурки, более или менее сконцентрированные вокруг пепельниц.

— Как тут грязно и мерзко, – произнес он. – Мне жаль несчастного, которому придется все это убирать. – Он зевнул и потянулся. – Что ж, пожалуй, пора на боковую. Идете?

Найджел кивнул.

В коридоре Николас сказал:

— Господи, как же у меня разболелась голова. Если я не подышу свежим воздухом, ни за что не засну. Пойду прогуляюсь. А вы как?

— Нет, спасибо. Если мне захочется свежего воздуха, высуну голову в окно.

— Вы правы, – дружелюбно произнес Николас. – Не забудьте о затемнении. Кстати, – добавил он, – что вам говорила эта Рэйчел, прежде чем уйти? Мне показалось, я слышал какие-то выпады в сторону нашей столь заслуживающей восхищения половины человечества.