Фиаско Красной Шапочки - Елена Логунова Страница 43

— Мину-у-уточку…

Дама еще пару секунд с неприязненным недоумением глазела на нас, а потом удалилась за одну из дверей и вернулась с запрошенными журналами.

— Вот, пожалуйста.

— Большое спасибо.

Я поблагодарила и взяла журналы. Ирка молча шаркнула ножкой, но при этом насупилась, так что это больше походило на разгон быка в начале корриды. Я догадалась, что ей очень хочется нагрубить неделикатной даме, и поспешила увести ее из салона, в котором культивируют не только красоту, но снобизм.

Мы проехались в панорамном лифте — Ирка все еще молча кипела, и я пыталась отвлечь ее, настойчиво приглашая любоваться видами.

— Да видала я их всех… — Мы вышли, и сердитая подруга оглянулась на стеклянную башню. — В хрустальном гробу в белых тапках!

— Спокойствие, только спокойствие. — Я увлекла ее на лавочку с видом на залив — чтобы Кукурузина осталась у нас за спиной и не мозолила глаза и нервы. — Хочешь пиццу? — спросила, я прекрасно зная, каков лучший способ умиротворить подругу.

— Откуда здесь пицца? — Ирка попыталась снова оглянуться на башню, но я приобняла ее, и она только дернула плечом. — Они тут небось одними рябчиками в белом вине питаются и роллами из рыбы фугу.

— И вкусными маленькими пирожными, — напомнила я, чтобы освежить приятные воспоминания. — А пиццу сюда можно заказать, я видела, люди так делают. Курьер доставит минут за двадцать. Давай закажем?

— А давай! — Подруга предсказуемо повеселела.

Я сделала заказ, и в ожидании доставки мы принялись листать добытые журналы.

Выглядели они солидно: бумага плотная белая, текст на двух языках, иллюстрации красивые и стильные. Пресловутое интервью Марфиньки нашлось в мартовском номере. Я было хотела начать его читать, но Ирка торопилась посмотреть фотографии и первой заметила непорядок:

— Ой, а тут страница вырвана!

— Вырвана с мясом, — уточнила я.

— Интересно, что такое было на ней, если кому-то захотелось ее выдрать? — задумалась подруга.

Я пролистала журнал и озадачилась:

— Тут нет того фото, о котором говорила тетушка: где Марфинька, похожая на кого-то из персонажей Климта, стоит на фоне книжного шкафа в Синей комнате. Значит, ее портрет помещался на той странице, которую вырвали.

Мы переглянулись, и Ирка, поцокав языком, как козочка копытцами, завистливо и восхищенно заметила:

— Ей же восемьдесят шесть! И до сих пор у нее есть фанаты!

— Думаешь, страницу с портретом мадам Зарецкой вырвал поклонник?

— А кто же еще? Ненавистник, что ли? Нарисует на фотографии круги мишени и будет бросать в нее дротики? — насмешливо предположила подруга.

— Это вряд ли, — согласилась я.

А Ирка призналась:

— Мне очень захотелось увидеть тот портрет. Говоришь, Марфиньке присылали превьюшку фото? Надо попросить показать нам.

Тут пискнул мой смартфон: подъехал курьер с заказанной пиццей. Я сбегала ее забрать, а когда вернулась к подруге, оставшейся сидеть на верхней ступени-лавочке амфитеатра, увидела, что она снова надута, как аэростат, и напряжена, как высоковольтная линия.

— В чем дело? — Я поставила на лавку между нами коробку и подвинула ее к Ирке: открывай, мол.

— Глянь-ка, мымра салонная вышла в народ. — Подруга кивнула на набережную под нами.

Я посмотрела в указанном направлении и увидела знакомую даму в кокетливом белом халатике. Как там ее? Алла.