Следы в высокой траве - Татьяна Полякова,Анна М. Полякова Страница 43

Но было уже поздно. Корнеев поднял бровь, но в его глазах не было ни раздражения, ни подозрения, лишь легкая, почти насмешливая улыбка. Я почувствовала, что краснею, а еще как по телу предательски разбегаются мурашки.

— Хотите, покажу вам, где меч-трава растет?

Пока я соображала, что Дмитрий Евгеньевич имеет в виду, Ленка брякнула:

— Лучше щит. Он нам сейчас для обороны пригодился бы.

Егор разразился заливистым смехом.

— Зря иронизируете, редкий экспонат для вашего гербария, между прочим, в Красную книгу занесен.

— Покажите, – еле слышно произнесла я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Если бы Корнеев предложил тотчас бросить меня в терновый куст, я, вероятно, безропотно согласилась бы.

— Минут пятнадцать езды отсюда, – улыбнулся он. – На завтра есть планы?

Сказано было так, будто он не только приглашал, но и проверял, собираемся ли мы совать нос еще куда-нибудь.

Я бросила взгляд на Ленку, та, в свою очередь, смотрела на Лихого и, вероятно, гадала, касается ли приглашение только меня или она тоже имеет шансы лицезреть меч-траву и, разумеется, Егора в придачу.

— Пока ничего не планировали, – выдавила я.

— Тогда завтра к полудню будьте готовы, заедем за вами.

Дмитрий подмигнул Егору, и, простившись, они вышли за калитку и сели в уазик.

Когда звук двигателя стих где-то за поворотом, Ленка наконец обрела дар речи:

— Что только что произошло?

— Они, вероятно, снова допросили бабулю.

— Не прикидывайся, ты же понимаешь, что я не об этом, – просияла она. – Нас только что позвали на свидание!

Я чувствовала, как внутри подруги все ликует, но сама не спешила радоваться, слишком уж не к месту это было на фоне всего происходящего.

— Скорее просто из вежливости решили показать нам редкий вид растения.

— Ага, – хмыкнула Ленка. – Еще скажи, что они в легенду про гербарий поверили!

— Честно говоря, она гораздо более жизнеспособна, чем колорадские жуки, которых в Сосновке отродясь не было.

Кажется, сейчас подругу гораздо больше волновала перспектива предстоящей встречи, меня же беспокоил разговор, только что состоявшийся в стенах бабушкиного дома.

Неужели они в чем-то ее подозревают? Почему снова явились сюда? Я успокаивала себя тем, что у следствия, вероятно, накопились уточняющие вопросы, которые они поспешили задать, раз уж приехали сегодня в Сосновку.

Но почему они не отправились к кому-то еще? Зое, Ольге или историку, у которого остановился Рогов?

— Лен, – тихо позвала я, – нам надо встретиться с Дубровиным.

— Это кто? – витая где-то в облаках, еле слышно отозвалась подруга.

— Виктор Андреевич, у которого Рогов в Сосновке жил.

— А ты знаешь адрес?

— Нет, но найти его труда не составит, в деревне всего сорок домов, а длинных языков и того больше.

— Может, у Клавдии Петровны спросим? Заодно узнаем, зачем к ней наши товарищи заходили.

— Тамбовский волк тебе товарищ, а уж никак не Корнеев с Лихим.

— Ой, как мы заговорили, – ехидно пропела Ленка. – А у самой-то глаза горят, когда Дмитрий Евгеньевич рядом появляется.

— Он хотя бы совершеннолетний!

Я даже показала язык из вредности.

— Егор тоже.

— Я бы документики на твоем месте проверила, прежде чем за гербарием с ним идти.

— А я проверила, – подбоченилась Ленка. – С такой фамилией его не сложно было найти в соцсетях.