Кто шепчет в темноте? - Джон Диксон Карр Страница 45

— Кто здесь еще сегодня, кроме вас?

— Только моя сестра Мэрион.

— Слуги? Или кто-нибудь другой?

— Нет, и в ближайшее время не будет. Но какая разница? К чему подобные вопросы? Почему мне нельзя пригласить сюда мисс Сетон, чтобы она осталась столько, сколько пожелает?

— Потому что вы умрете, – просто ответил его собеседник. – Вы и ваша сестра, оба умрете.

Глава девятая

Блестящее лицо Риго побледнело еще сильнее, стало совсем белым в свете поднимавшейся луны, которая уже посеребрила воду под ними.

— Прошу вас за мной, – отрывисто пригласил Майлз.

Он развернулся и повел их обратно к дому.

С западной стороны Грейвуда простиралась широкая ровная лужайка с коротко подстриженной, как на площадке для игры в шары, травой, где смутно проступали контуры плетеных стульев, небольшого стола и садовых качелей под пестрым навесом. Майлз мимоходом бросил взгляд на эту часть дома. Света нигде не было, хотя Фей Сетон поселили в спальне на первом этаже. Фей, должно быть, уже легла.

Майлз провел всех кругом, через боковой вход в восточной стене дома, через переднюю, украшенную небольшой коллекцией средневекового оружия, которую собрал его дядюшка, а затем в вытянутую гостиную. Гостиная была приятной комнатой с гобеленовыми креслами, невысокими белыми книжными стеллажами и небольшим Леонардо над каминной полкой. Единственная горевшая здесь лампа была ночником, и его крохотное пламя порождало немыслимо огромные тени, однако Майлз не имел ни малейшего желания прибавить света.

Он развернулся к своим гостям в тишине полуночного Нью-Фореста.

— Думаю, мне следует сказать вам, – начал он громче, чем было необходимо, – что я уже имел долгий разговор с мисс Фей Сетон…

Профессор Риго замер:

– Она рассказала вам!

«Ну-ка успокойся! Нет ни малейшей причины ни для кома в горле, ни для того, чтобы сердце бухало, словно молот!»

— Она сообщила мне факты о смерти мистера Брука, да. Полиция в итоге пришла к выводу, что это было самоубийство, поскольку только отпечатки мистера Брука были найдены на трости с клинком. Это правда?

— Да.

— И во время… в то время, когда все случилось, Фей Сетон пошла купаться в реке на некотором расстоянии от башни. И это правда?

— Насколько известно, – профессор Риго кивнул, – да. Но рассказала ли она вам о молодом человеке по имени Пьер Фреснак? Сыне Жюля Фреснака?

— Стоит ли, – Майлз едва не перешел на крик, – стоит ли нам проявлять такую дьявольскую щепетильность в современном мире? В конце-то концов! Если даже что-то и было между этим юношей Фреснаком и Фей Сетон…

— Англичане! – выдохнул профессор Риго едва ли не с благоговением. И прибавил, выдержав паузу: – Ох уж эти англичане!

Он стоял, обернувшись, в свете настолько тусклом, что было невозможно различить выражение лица, и доктор Фелл горой возвышался позади него. Профессор прислонил желтую трость с клинком внутри к подлокотнику гобеленового кресла и снял шляпу. В интонациях его голоса, вовсе не громкого, было что-то, бившее Майлза по нервам.

— Вы прямо как Ховард Брук, – выдохнул профессор Риго. – Стоит мне сказать что-то, и вы думаете, что речь исключительно о…

Он снова умолк.

— Неужели вы допускаете, молодой человек, – продолжал он довольно язвительно, – что фермер из департамента Эр и Луар даст хотя бы два су, хотя бы бровью поведет из-за такого, – он прищелкнул пальцами, – из-за любовной интрижки между своим сыном и соседкой? Да его это лишь позабавит, если он вообще что-нибудь заметит. Уж подобное точно, уверяю вас, не породило бы ту бурю, которая нагнала страху на всех окрестных фермеров. И не вынудило бы Жюля Фреснака запустить в женщину камнем на проезжей дороге.