Тайна голубого стакана - Алексей Попков Страница 46

Семен посмеялся в душе над тем, что несколько человек – это видно было по оставшимся следам – побоялись встретиться с двумя, и успокоился: трусы редко бывают опасными!

Первые пять дней они работали, не уходя далеко друг от друга. Крутов занимался отбором проб, а Холмогоров, находясь поблизости, охранял лошадей, готовил пищу. Потом такие меры предосторожности показались Семену излишними. Чтобы ускорить набор проб, они стали работать вместе, а ночью отдыхали поочередно. Вскоре Крутов уже начал готовиться к отъезду, радуясь, что все сошло так благополучно. Нередко он уже посмеивался над своей излишней подозрительностью, но… Как оказалось вскоре же, за ними неустанно следили, выжидая лишь удобного момента для нападения.

Как-то в полдень Крутов оставил Холмогорова в лагере, а сам, захватив склянки и карабин, в последний раз направился к болоту.

Сталкивая в воду плот, с которого собирался набирать пробы, Крутов услышал легкий хруст валежника. Кто-то быстро и вместе с тем осторожно приближался к болоту. Схватив карабин, Крутов бросился в сторону в поисках укрытия, но опоздал. Сразу один за другим раздались два выстрела. Крутов упал.

Не успел еще рассеяться дым от выстрелов, как из-за огромного камня показалась человеческая фигура. Стрелявший, видимо, был убежден в своей меткости и, считая свою жертву убитой или смертельно раненной, даже не пытался принять мер предосторожности. Но обливающийся кровью Крутов нашел в себе силы, поднялся на одно колено, прицелился и нажал спуск. Незнакомец выпустил из рук ружье и медленно опустился на землю.

Подползши к этому человеку, Крутов буквально остолбенел…

— Кто же это был? – спросил я у Семена.

— Федор Маслов!

— Маслов? Вот где он оказался! Значит, вы убили его?

— Нет, тяжело ранил в грудь. Эта история и задержала меня в тайге.

Сделав Маслову и себе перевязку, Крутов подтащил его к воде и почти по горло погрузил в болото. Маслов, думая, что его хотят утопить, начал отчаянно сопротивляться и немного успокоился лишь тогда, когда Семен, оставив его в воде, сам тоже залез в грязь неподалеку. Принимая Крутова за меня, Маслов стал умолять не бросать его, беспомощного, в тайге на растерзание зверям. Крутов пообещал вылечить его и не отдавать в руки правосудия, если он расскажет, кто подослал его. Федор стал униженно благодарить и посоветовал поскорее запатентовать препарат минерала Зет и бояться… голубого стакана.

Тут же Маслов признался, что он не русский, а кровный англичанин и заслан в Россию с заданием добыть секрет минерала Зет. Этому открытию за границей, по его словам, придают огромное значение. Маслов упорствовал лишь в одном: наотрез отказался назвать фамилию того, кто поручил ему убить меня.

Тогда Крутов потребовал, чтобы Маслов объяснил, что такое голубой стакан и чем он опасен.

— Это сильнейший яд, открытый одним английским химиком, – сказал Маслов, – он не имеет ни запаха, ни вкуса. Установить его присутствие можно только по тому, что на предмете, покрытом слоем этого яда, появляется голубой налет, светящийся даже в темноте…

После пяти длительных грязевых ванн Крутов обнаружил, что рана его затянулась, Маслов же окончательно вылечился только после пятнадцати ванн.

— Но где же Маслов? Я что-то не вижу его с вами…