Если вы меня слышите. Книга 1 - Елена Михалкова Страница 48

— Инвалид!

Чума выпучил глаза.

— У инвалида нога деревянная, – как можно убедительнее сказал Саня, уже чувствуя, что он на правильном пути. – Под гору он на нее садится и катится. А в гору тащит! Как пират из «Острова сокровищ». Ну что, угадал?

— Не-е-е…

Но по губам Чумы расплылась довольная улыбка. Симонцев знал, что мультфильм «Остров сокровищ» он смотрел с Кабаном не один раз. Оттуда Чума подцепил фразочку «Мертвые не кусаются». Так что пример с пиратом был ему, как надеялся Саня, понятен.

— Не угадал, не угадал!

— Эх, что ж… Тогда неси бумагу!

В школе к Восьмому марта учительница рисования научила их складывать бумажные цветы-оригами. Тем, у кого хорошо и быстро получалось, она показала, как заготовку для тюльпана превратить в коробочку, а коробочку – в собачку. Саня и сам не ожидал, что так хорошо все запомнил. Должно быть, от волнения у него получилась просто идеальная собачка. Он нарисовал ей маркером глазки, носик, поставил на стол перед Чумой и сказал:

— Гав!

— Гав-гав-гав! – в восторге подхватил Чума и хлопнул по собачке ладонью. – Мертвые не кусаются! Мертвая собачка, да? Пиу-пиу!

Он расстрелял собачку из воображаемого пистолета, нацелив на нее палец, потом еще раз прихлопнул, потом стал подкидывать и наблюдать, как она планирует… В конце концов Саня заподозрил, что Чума просто тянет время. Иногда он проявлял незаурядную хитрость. Даже Макар, утверждавший, что в черепушке у Чумы гнилье и насрано, вынужден был признать, что случаются у него необъяснимые и крайне неприятные просветления.

— Моя очередь загадывать, – напомнил он.

Чума неприязненно взглянул на него.

— Ты обещал, – заторопился Саня. – Обещания нарушать нельзя. Я тоже хочу загадать тебе загадочку.

и крыльцо крыльцо тени воздух свет свобода

— Ла-ады, – с угрозой протянул Чума. – А если догадаюсь, то накажу тебя.

— Ладно! – Симонцеву нечего было терять. – Такая загадка: не лает, не кусает, а в дом не пускает!

Он придумал бы что-нибудь получше, но слишком торопился. Чума с каждой секундой становился все мрачнее. Его готовность играть испарялась на глазах.

— Опять про собачку? – подозрительно спросил Чума.

— Это тебе надо отгадать.

Саня храбрился и делал вид, что ему все нипочем. Он даже повторил для верности: «Не лает, не кусает, а в дом не пускает», – и тоже вытаращил глаза, подражая Чуме.

Сердце уже не билось, а ухало, как на качелях, когда вот-вот крутанешь солнышко. От того, что сейчас скажет Чума и примет ли он ответ Симонцева, зависело все.

«А если Кабан вернется на обед?»

От этой мысли он чуть не закричал. Нет, нет, только не это, пожалуйста… Сейчас, когда он в двух шагах от спасения!

— Это собачка! – твердо заявил Чума. И поднял за бумажный хвост свой подарок в воздух.

У Сани пересохло во рту. Он облизал губы.

— Нет, Стасик, это не собачка. Живая собачка лает. Ты же сам знаешь.

Чума пожевал губами.

— Говори отгадку! Может, она неправильная!

Чего-то такого Симонцев и опасался.

— Это дядя Дима. – Он храбро встретил озадаченный взгляд Чумы и пояснил: – Дядя Дима не лает? Нет. Не кусает? Тоже нет. А в дом чужих не пускает. Здесь чужие не ходят, верно?

— Ну ты хитренький какой! Диму нельзя загадывать!

— Как же нельзя? Можно! Дима сам обрадуется, когда мы ему расскажем. Похвалит нас. Ему обидно, что мы про него не загадываем.