Подстава от бабули - Кристен Перрин Страница 51

Я сжала зубы и посмотрела ему прямо в глаза.

– Форд, не думаю, что мы можем продолжать эти отношения. – Говорить это было невыносимо сложно, даже с учетом разозлившей меня слежки, даже с учетом осознания, что я совсем по нему не скучала.

Он удивленно моргнул, но быстро собрался. Форд явно понимал, о чем я думаю, но, видимо, сомневался, что я решу вот так порвать с ним.

– Хорошо, – тихо сказал он.

– Я пойму, если на этом ты захочешь закончить наш вечер, – предложила я.

– Нет, – ответил он и опустил взгляд на руки, все это время он беспокойно крутил ножку бокала двумя пальцами. Больше ничего в нем не выдавало разочарования. Но если присмотреться, можно было увидеть, как опустились его плечи, как сосредоточенно он изучал собственное отражение в бокале.

– Это из-за Арчи Фойла? – почти шепотом спросил он.

– Не в романтическом смысле. Просто… Я не люблю секреты, – сказала я. – Летом мне казалось, что я последняя узнаю правду, так что теперь мне хочется быть с людьми открытыми и честными. – Я протянула руку через стол и накрыла ею его ладонь. – Я знаю: пусть у тебя и были определенные привилегии, жизнь твоя выдалась непростой. Так потерять всю семью… Не могу даже представить. И я понимаю, что их секреты, вообще-то, не моего ума дело.

Он не выдернул руку из-под моей, но я почувствовала, как его пальцы дрогнули. Всего раз. Будто это была невольная реакция на упоминание семьи. Реакция, которую он тут же попытался скрыть.

Форд молчал, так что я продолжила:

– Но проблема в том, что я и о тебе самом многого не знаю, так ведь? Как ты рос, что запомнил о детстве, как формировался твой характер. Ты меня не подпускаешь близко.

Только сказав это, я поняла, что не врала – я действительно очень по-разному знала Форда и знала Арчи. Форд столько скрывал. Он походил на дерево – мне была видна только красивая, здоровая листва, а ведь под землей скрывалась целая корневая система, ползущая и вьющаяся в неизвестном направлении.

И я понимала: если выберу влюбиться в кого-то, то хочу знать его без остатка. С корнями, с отростками, со сломанными ветками. Когда Форд наконец убрал ладонь из-под моей, то поднял на меня взгляд. Между нами повисло какое-то понимание, всего на мгновение.

– Я хочу рассказать тебе про свою семью. Про то, что мне известно, – медленно произнес он.

Я почувствовала укол совести. Получается, что искренностью я добилась большего, чем могла бы лестью. Делало ли это меня хорошим детективом? Я послушала свое чутье. Или плохим человеком, потому что я не предвидела, что могу так манипулировать кем-то и добиться правды? Я не врала. Отчасти я хотела порвать с Фордом из-за всего того, что он от меня скрывал.

– Я с удовольствием выслушаю твою правду, – произнесла я. – И я понимаю, каково было услышать, что твоя девушка изучает подноготную всей семьи в библиотеке.

Он грустно улыбнулся.

– Ну, если ты расспрашивала людей про прошлое моей семьи, то самое интересное уже явно услышала. Я так понимаю, ты знаешь о преступлениях Эдмунда, моего брата?

Я медленно кивнула, боясь, что даже лишний глубокий вздох может заставить его передумать.

Форд сделал щедрый глоток вина. Перед нами обоими поставили маленькую тарелку с перепелиным яйцом на какой-то пенной подушке. Официант огласил все вкусы блюда и техники его приготовления, но я не слушала. Только когда он отошел, Форд снова заговорил: