Детектив на лето - Татьяна Устинова,Людмила Мартова,Елена Дорош,Артур Гедеон,Анна М. Полякова,Янина Корбут,Катори Ками Страница 55

— Кого ловить собираетесь? — поинтересовался продавец, пробивая пластиковые контейнеры с дырочками.

— А кого получится, — пожал плечами Сева. — С отцом раньше карася ловили. А сейчас… Даже не знаю, что в речке водится.

— Ну лет пятнадцать назад ничего не водилось, — заметил продавец. — А сейчас вроде восстановилась популяция. Даже сазан иногда ловится.

— Правда? — Сева обрадовался. — Тогда вот этих, от кашля которые, еще один лоточек давайте.

— Осторожней только, — продавец усмехнулся. — Из пакета не вытаскивайте. Они сбегать любят, когда темно.

Сева впечатлился, представил побег червей и дома на всякий случай замотал пакет скотчем. И завел будильник. Вообще-то здесь, на теплой Волге, рыба клевала не только с утра, и они с отцом частенько ленились вставать рано. Но хоть один раз за отпуск Сева считал себя обязанным встретить рассвет на речке.

Проснулся он даже раньше, чем услышал так надоевшую в городской жизни синтетическую мелодию. Полежал, слушая, как за окном стрекочут кузнечики, поднялся и вскоре уже шел по еще опутанным сумерками проулкам. Привычно перемахнул через забор, чтобы пройти через огород друга Кольки, а не давать крюка, и, лишь преодолев второй забор, понял, что дом-то давно не принадлежит Колькиным родителям.

Воровато озираясь, Сева прибавил шаг, чувствуя себя вчерашним мальчишкой, который так упорно не хотел отдавать прихватку. И уже дойдя до речки, он запоздало вспомнил, что оставил открытый чемоданчик со снастями на крыльце.

Ну вот и посмотрим, насколько хорошо мальчишка усвоил урок. Уж за снасти-то Сева не поленился бы разыскать его бабушку, даже если та жила на другом конце деревни.

Рыба клевала хорошо. И даже отлично! Видимо, заморские черви пришлись ей по вкусу. Что удивительно — почти вся крупная. Не огромная, но вполне достойная лечь на сковородку. А часов в десять даже клюнул сазанчик. На кило, не больше, но для слабенькой старенькой удочки это был настоящий монстр, и Севе пришлось основательно потрудиться, чтобы вытащить его на берег. Дальше возникла дилемма: рыбы наловилось неожиданно много, и нужно было выбирать, кого забирать домой. В итоге Сева подумал-подумал и выпустил сазана. Для него это, конечно, был трофей, учитывая, что в детстве река была в очень плохом состоянии — воду на дамбах по весне не пускали, Волга не разливалась, и рыбе просто негде было нереститься, а взрослое поголовье выловили браконьеры. Но сазан — крупная рыба, и даже такой увесистый, вполне годный на жарку экземпляр по сути был еще мальком. Пусть живет. А Севе хватит и пары больших карасей на жареху. Вот если попадется по-настоящему крупный сазан — вот тогда он его заберет и уху сварит. А пока Сева выпустил остальных карасей и твердо решил, что на рыбалку он будет ходить каждый день. Ну или хотя бы через день…

Довольный собой, жизнью и уловом, Сева отправился домой. Зашел в магазин, купил половинку буханки ржаного хлеба. По пути домой он, как в детстве, отщипывал кусочки хрустящей корочки и отправлял в рот, не опасаясь испортить аппетит, и сам не заметил, как умял добрую треть купленного.

Как раз хватит «топлива» до жареной рыбы. Севе не хотелось варить кофе или делать бутерброды. В то время, когда они с отцом ходили на рыбалку, кофе в их доме не было. Не потому что не хватало денег или негде было купить, просто никто его не пил. А «бутерброд» — это была «еда с друзьями». Схватить по-быстрому кусок хлеба, плеснуть на него душистого подсолнечного масла, сыпануть соли и умчаться на улицу, где уже ждут Колька, Санек, Рыжий, Сега и Митяй, тоже с толстенными ломтями хлеба в руках. Уехав в город, Сева много лет учился называть бутербродом хлеб с колбасой или сыром. Дома мама говорила о них исключительно «сэндвичи».