Колье примадонны - Наталья Николаевна Александрова Страница 58

— А где же второй манекен?

— Вот это вопрос… Он же нам скоро самим понадобится…

Марго огляделась по сторонам и крикнула:

— Машка, ты где?

Тут же широко открылась дверца шкафа, и оттуда вылезла встрепанная девица очень маленького роста. В руках у нее была большая игрушечная крыса.

— Ты что там делаешь?

— Реквизит для «Щелкунчика» проверяю. Опять кто-то одну крысу упер! Степаныч, пожарник, грозился своей теще подложить, я спрашивала – говорит, что не он.

— А ты не знаешь, где второй призрак из «Макбета»?

Тут эта девица захохотала как ненормальная. От смеха она уронила крысу, сложилась пополам и лишилась дара речи, только махала руками, как мельница крыльями.

— Что с тобой? – недовольно проговорила Марго.

Машка отсмеялась, взяла себя в руки и, наконец, заговорила:

— Так ты ничего не знаешь?

— Что я должна знать?

— Про второй манекен.

— Да перестань говорить загадками! Что с этим манекеном? И главное – где он?

— В буфете.

— У Зинаиды, что ли?

— Вот именно… – проговорила Маша загадочным тоном и снова захохотала как безумная.

Марго смотрела на нее с удивлением и неодобрением, наконец не выдержала и сказала мне:

— Похоже, от нее сегодня толку не будет. Пойдем сами посмотрим, что там с этим вторым манекеном.

Мы вышли из реквизиторской, прошли по очередному коридору, поднялись по узкой железной лестнице и оказались в буфете для сотрудников театра.

Здесь было удивительно много народу, причем никто ничего не пил и не ел, все только шептались и хихикали, поглядывая в сторону буфетной стойки.

Марго увидела хорошего знакомого и спросила:

— Вовчик, что здесь произошло?

Тот захихикал и понизил голос:

— А ты видишь, кто у нас сегодня работает в буфете?

Марго повернулась к стойке.

За ней, полуобернувшись к кофемашине, стояла блондинка в крахмальном переднике и кружевной наколке.

— Зинаида? – неуверенно проговорила Марго. – Да нет, кажется, не она…

Я тоже пригляделась к буфетчице.

В ее позе и всей фигуре было что-то странное.

Начать с того, что она была совершенно неподвижна. Как статуя или как манекен…

Вот именно!

Приглядевшись, я поняла, что за стойкой стоит хорошо знакомый мне манекен «Мелисса».

Приятель Марго тем временем рассказывал.

— Конечно, это дело рук Лелика и Волика, – начал он, – только они, конечно, никогда не признаются.

— Лелик и Волик – это наши штатные шутники, – пояснила для меня Марго. – Оркестранты, Лелик – тромбон, Волик – кларнет. Обожают всякие розыгрыши!

— Да, так вот… Сегодня Зинаида взяла отгул…

— Зинаида – это буфетчица.

— Они про это узнали и решили приколоться. Стащили в реквизиторской тот самый манекен, оттерли кровь, приодели, надели на него светлый пышный парик, под цвет волос Зинаиды, передник, наколку и поставили за стойку. Поставили, как видите, вполоборота, чтобы не сразу было видно, что это не Зинаида. Ну, люди приходили в буфет, не разобравшись, просили кофе. А Лелик и Волик тут же рядом сидели и хихикали. Ну, все, конечно, разбирались и тоже смеялись. А тут пришел К. М.

— Это завхоз театра, Константин Михайлович Камнепадов, – снова пояснила Марго. – Строгий человек.

— Ну да. И еще у него очень специфическое чувство юмора. Он тоже подошел к стойке и говорит: «Зина, мне, как всегда, маленький двойной. И обязательно с двойным сахаром». А Зина не шевелится. Тот говорит: «Зина, ты что, заснула?» Перегнулся через стойку и ущипнул ее за мягкое место. Это он любит, ни одну женщину мимо не пропустит. Но тут вышел облом: мягкое место оказалось совсем не мягким, и наш К. М. чуть не сломал пальцы. И только тогда понял, что за стойкой вовсе не Зинаида. Что тут было! К. М. заорал, крикнул, что не потерпит, что разберется, кто за этим стоит, и убежал к себе… Небось, жалобы строчит во все инстанции. А на кого жаловаться-то? Не на манекен же… А Зинаида ни сном ни духом, ее вообще на работе нету.