Смерть в Рябиновой горке - Марина Крамер Страница 60

— Очень интересно… — пробормотала Женя, разливая кофе по кружкам. — Вам сахара сколько?

— Черный, меня так лучше бодрит. Извините, что напряг вас варить…

Женя только отмахнулась:

— Ой, да какой труд… — Она села со своей кружкой за стол и спросила: — А Мослаков тоже на саксофоне играл?

— Вроде бы да. Но здесь, кажется, никто его с инструментом не видел.

— А откуда тогда вы знаете про фамильный инструмент, который по наследству передавался?

— Так говорю, дважды дело его вел, много общались, он сам и рассказывал. Упомянул еще, что инструмент этот сейчас очень больших денег стоит, а уж если за границу предложить — еще внукам хватит. Жалел, что детей у него нет.

— Выходит, что саксофон все-таки был… — задумчиво протянула Женя. — Иначе с чего бы Мослакову жалеть об отсутствии детей? Наследника хотел. А зачем? Чтобы передать ему инструмент. И это значит, что инструмент редкий и дорогой, тот самый, что в их семье хранили и передавали… И мы ничего подобного в его доме не нашли.

Горицкий, держа обеими руками кружку, хмурил брови, явно что-то вспоминая.

— А ведь вы правы, Евгения Борисовна. Мы не нашли… а тайник за диваном кто-то вскрыл…

— …и вот там вполне мог лежать саксофон, — закончила Женя. — Он ведь в специальном футляре, да? Надо узнать размеры и прикинуть.

— Давайте в музыкальную школу съездим, у них, кстати, есть небольшой оркестрик, наверняка же разбираются, — оживился и капитан, но Женя покачала головой:

— Мы сами не поедем. Мы сами поедем более предметно тайник осматривать, а в школу Медведева отправим.

Она взялась за телефон, и тут в дверь заглянул дежуривший на входе полицейский:

— Евгения Борисовна, там к вам брат пришел с какой-то девушкой, говорит, что срочно, а у вас трубка выключена. Пропустить?

— Да, пропустите, раз срочно.

Она полезла в сумку и обнаружила, что мобильный разрядился совершенно.

— Вот растяпа… — пробормотала Женя, забыв, что в кабинете не одна.

В дверь постучали, и Горицкий спросил:

— Мне выйти? Могу пока к эксперту сходить, сказать, чтобы собиралась на выезд.

— Не надо, я не думаю, что у Арсения что-то секретное. Войдите!

В кабинет буквально ввалился Арсений с кофром на плече, волоча за собой какую-то девушку в кроссовках, лосинах и ветровке.

— Женька! Тут такое… — начал он возбужденно и осекся, заметив, что Женя в кабинете не одна. — Извините… В общем, это Даша. У нее есть для тебя информация важная по фоткам, которые в новостях показали утром.

Женя быстро переглянулась с Горицким и предложила:

— Дарья, вы присаживайтесь. А ты подожди в коридоре, — это относилось к Арсению. — Иди-иди, мы поговорим и отпустим девушку.

Арсений вышел, а Даша нерешительно присела на край стула.

— Как ваше полное имя?

— Феклистова Дарья Михайловна, — чуть хрипловато сказала девушка. — У меня только документов нет с собой, я же не думала… не собиралась…

— Это не страшно. Я вас пока не допрашиваю, вы же пришли какую-то информацию сообщить?

— Понимаете… дело в том, что женщина, которая на фото… — запинаясь, начала Даша. — В общем, это не Марта Метальская.

«Еще лучше! — ахнула про себя Женя. — Как — не Метальская, когда я лично документы видела?»

— Что вы имеете в виду? — переспросила она, и Даша повторила:

— Женщина на фотографии не Марта Метальская, я это могу точно сказать. Понимаете, Марта журналистка, она делала интервью с… — она замялась. — В общем, это неважно. Но я общалась с Мартой больше двух месяцев по видеосвязи, я хорошо знаю, как она выглядит, — и женщина с фото абсолютно на нее не похожа. Марта короткостриженая круглолицая блондинка, а та…