Кто шепчет в темноте? - Джон Диксон Карр Страница 60

— Да.

— Примерно в половине двенадцатого, где-то так, Мэрион Хаммонд вошла в библиотеку, прервав вас. Судя по всему, вы сделали ей какой-то подарок. Мисс Хаммонд сказала, что у нее имеется для вас ответный подарок. Она попросила вас сразу же подняться к ней в комнату, сказав, что догонит вас, когда перемолвится парой слов с братом. – Доктор Фелл кашлянул, прочищая горло. – Вы помните?

— О да! Да, разумеется!

— И, предположительно, вы именно так и поступили?

— Как же глупо с моей стороны! Да, конечно, я так и сделала.

— Сразу же, мэм?

Фей покачала головой, сосредоточенно размышляя над его словами.

— Нет. Я предположила, что Мэрион хочет… поговорить с мистером Хаммондом о чем-то личном, и я подумала, это займет какое-то время. Потому я сначала зашла к себе в комнату, переоделась в ночную рубашку, халат и тапочки. И только потом уже поднялась.

— Сколько времени прошло?

— Минут десять, может быть, пятнадцать. Мэрион успела меня опередить.

— Что потом?

Луна понемногу уходила, ее свет бледнел. Это был поворотный момент ночи, час, когда смерть является за больными или проходит мимо. Над ними, с юга и востока, возносились к небу дубы и буки охотничьих угодий Вильгельма Завоевателя – леса, успевшего состариться еще до его рождения, кряжистого и морщинистого от времени; всю ночь стояла тишина, но теперь деревья приглушенно зашептались на поднимавшемся ветру. В лунном свете все красное сделалось серо-черным, и именно таким был цвет двигавшихся губ Фей.

— Мой подарок Мэрион, – пояснила она, – маленький флакончик французских духов. «Жолиё номер три».

Доктор Фелл поднес руку к своему пенсне.

— О, ага? Тот самый красно-золотой флакончик, который стоит сейчас у нее на столике?

— Я… Наверное, да. – Снова промелькнула та инфернальная улыбка, искривившая губы. – Во всяком случае, при мне она поставила его на прикроватный столик рядом с лампой. Она тогда сидела в кресле.

— А потом?

— Подарок небольшой, однако она, кажется, ужасно обрадовалась. И подарила мне в ответ коробочку шоколадных конфет почти в четверть фунта. Я отнесла их вниз, к себе в комнату.

— А потом?

— Я… я не знаю, чего вы еще хотите от меня услышать, честное слово. Мы говорили. Я никак не могла усидеть на месте. Поэтому расхаживала по комнате…

На Майлза Хаммонда нахлынули воспоминания. Как он сам выбрался из библиотеки несколько часов назад, как поднял взгляд и увидел женскую тень, заслонившую свет, такую одинокую на фоне лесного массива.

— Мэрион спросила меня, отчего я так волнуюсь, и я ответила, что сама не знаю. Говорила в основном она, о своем женихе и брате, о планах на будущее. Керосиновая лампа стояла на прикроватном столике, или я уже об этом упоминала? И флакончик духов. Неожиданно, где-то около полуночи, она умолкла и сказала, что пора нам обеим закругляться и ложиться спать, потому я пошла вниз, в постель. Боюсь, это все, что я могу рассказать.

— Мисс Хаммонд не казалась напряженной или встревоженной чем-то?

— О нет!

Доктор Фелл пробурчал что-то. Сунув погасшую трубку в карман, он неспешно снял свое пенсне и отодвинул на расстояние вытянутой руки, рассматривая стекла внимательным взглядом художника, хотя в таком освещении едва ли вообще видел их. Его сипение и фырканье, признак сосредоточенных размышлений, сделались даже громче.