Продавец крови - Александр Долгирев Страница 63

— Ты была бы удовлетворена этой судьбой.

— Думаешь?

— Знаю. Не видя других путей, ты приняла бы свою жизнь как что-то неизбежное.

— Но другой путь есть. Ты мне его показал. Пускай для этого и пришлось пройти через муки второго рождения. За это я тебя и благодарю.

— В таком случае принято, – отсалютовал ей бокалом Николай.

Затем, выпив почти до дна, он поставил бокал на стол, передвинул его на «правильное» место легким движением пальца, промокнул губы салфеткой и произнес:

— Ты не думала о том, чтобы вернуться в театр?

— Ты имеешь в виду наш кружок?

Николай улыбнулся одними уголками губ и ответил:

— Ты не хуже меня знаешь, что кружка давно нет, с тех пор как забрали товарища Ляна.

— О том и речь. Это давно уже не просто самодеятельный театр при заводе, и я там никого не знаю.

— Зато я знаю. И я могу сделать так, чтобы тебя взяли в труппу.

— Зачем тебе это?

— На эти спектакли ходят очень интересные люди. Мне бы хотелось… узнать некоторых из них поближе.

— Снова придется спать с чекистами…

— Не обязательно. Скажем так, мне бы не помешал там свой человек.

— Но я же никакая не актриса. Может быть, для театрального кружка моих способностей было достаточно, но там-то все серьезно.

— В этой стране нет ничего серьезного. Ты сильно удивишься, когда увидишь, что собой представляет этот театр, Кроме того, ты прибедняешься – ты играешь роль простой заводской девчушки каждый день. И играешь ее достаточно убедительно. Правда, с этим придется закончить.

— Почему?

— Если все получится, дела театра станут для тебя самыми главными, а после рабочей смены особенно не разыграешься.

— Ты хочешь, чтобы я уволилась?

— Нет, тогда попасть в труппу для тебя станет сложнее, а не проще. Я хочу, чтобы ты перешла на другую должность. Скажем, бухгалтерия или отдел кадров. Тебе не нравится эта мысль? Ты хочешь и дальше гнуть спину у станка?

— Да нет, просто я на миг испугалась того, как много в моей жизни завязано на тебя. Если тебя вдруг не станет, я лишусь, наверное, половины себя.

— Не половины, а намного больше. Как и я. Я целую твою кровь, а ты – мою. Помни об этом.

— Сколько у тебя еще таких, как я?

Она знала, как выглядит тяжелый взгляд Николая. В такие моменты Саше казалось, что ей на грудь положили пудовые булыжники. Это был тяжелый взгляд.

— Таких, как ты – ни одной.

Александра в два глотка допила свое вино.

1937 год

Александра пришла без приглашения, но, к счастью для нее, Николай был дома. Он, кажется, только что выпроводил гостя, потому что прибирал со стола, накрытого на двоих. Его лицо было безразлично, и Александра поняла, что он отягощен какими-то размышлениями, в которых ей могло и не быть места. Но у нее были веские причины потревожить его.

— Ко мне сегодня приходили из милиции. Спрашивали про мое похищение.

Николай ничем не показал даже простого удивления – движения его оставались плавными. Он налил ей вина и сказал, что ждет продолжения.

— Я описала все как было. О тебе не сказала, конечно.

— Мы знали, что это рано или поздно случится. Расскажи мне о том, кто приходил к тебе.

— Его зовут Белкин. Застенчивый, милый, кажется, ему тяжело общаться с людьми. Опасный.

— Опасный? Почему?

— Потому что все смотрят в его затравленные глаза и не замечают, что он может разорвать человека голыми руками. У него сильная кровь.