Операция «Барбадосса» - Майк Логинов Страница 66

— Он русский?

— Черт его знает! Может, русский, а может, украинец. Их там не разберешь! Он специалист по горному делу и отвечает в нашем проекте за научную часть, если можно так выразиться. Он какой-то там профессор или что-то в этом роде. Приедет посмотреть, все ли идет как надо.

— А что должен делать я?

— Ну, в общем, он несколько дней пробудет на Мауна-Браво, а потом проведет пару дней в вашем тропическом раю.

— А-а, надо будет повозить его по острову? — сообразил я. — Показать красоты и достопримечательности?

— Да не надо его никуда возить, — вздохнул Вайс. — Не нужны ему ни красоты, ни достопримечательности! Дальше первого бара в Сент-Джорджесе он все равно не уедет. Он, только между нами, Рэй, пьяница! И когда напьется, вечно попадает в какие-то нелепые истории. Я вообще был против того, чтобы он шлялся по Сент-Джорджесу. Будь моя воля, я бы запер его на три дня на горе и не давал бы пить ничего, кроме минеральной воды, а потом отправил бы восвояси первым же самолетом. Но наши партнеры, инвесторы, очень ценят его и не могли ему отказать. В общем, ваша задача, Рэй, — стать ему нянькой, всюду ходить с ним и не давать безобразничать. И не позволяйте ему болтать лишнего! Вы меня понимаете?

— Думаю, что да.

— Сам я не могу его сопровождать — дела, знаете ли. Но мне хочется, чтобы рядом с этим Гречко был наш человек.

«„Наш человек“? — Я повертел эти слова на языке, пытаясь определить привкус. — Наш человек на Барбадоссе».

— Хорошо, я присмотрю за этим вашим мистером Гречко, — сказал я. — Не думаю, что это будет так уж сложно.

— Как сказать. Он довольно беспокойный клиент, — ухмыльнулся Бруно. — Но не волнуйтесь, мы возместим любой ущерб.

— Даже так?

— Да, именно так. Вообще, повторяю, лучше всего было бы запереть его где-нибудь, скажем, в номере хорошего отеля, с запасом бухла и какой-нибудь симпатичной девкой. Пусть пьет и трахается… если сможет. Кстати, может быть, вы подыщите для нашего гостя пару каких-нибудь не очень потасканных девиц? И лучше, если они будут плохо говорить по-английски.

«О господи! — подумал я. — До чего ты докатился, Рэй!»

— Я все понял.

— Ну и отлично! — пророкотал Вайс. — Вы меня очень обяжете. Тогда пока!

— Подождите, Бруно, я хотел спросить вас кое о чем, — сказал я, собравшись с духом. — Эта история с экологами…

— А что такое? Мне казалось, дело закрыто — молокососы немного пошумели, а потом убрались из порта.

— Не совсем так. Их вожака — Тенгри Куомо — сильно избили.

— Кто же это так отличился?

— Не знаю. Но по городу ходят слухи, что ему и другим активистам Лиги защиты дикой природы угрожали.

— Угрожали? К чему вы клоните, Рэй?

— Скажите честно, Бруно, вы… мы к этому не причастны?

— К чему? К нападению на этого олуха? Нет, не причастны!

— И все-таки странное совпадение.

— И все-таки не более чем совпадение, — отрезал Бруно. — Послушайте, Рэй, мы заняты большим и серьезным бизнесом, зачем нам, скажите на милость, мараться — дубасить какого-то придурка-эколога? Я не вижу в этом никакого смысла!

Нельзя сказать, что слова Бруно меня полностью убедили. Но почему, в конце концов, я должен копаться в этом деле и вступаться за Тенгри — человека, который терпеть меня не мог? Полиция никого не нашла, никаких обвинений выдвинуто не было, даже Лига не сделала никакого внятного заявления. Так зачем мне думать об этом?