Рецепты любви и убийства - Салли Эндрю Страница 68

Готовка и разговоры вернули тряпичную куклу Джесси к жизни. Пошлепав вилкой по шарикам-печеньям – бам, бам, бам, – она выложила их на противень.

— Интересно почему? – спросила я. – Думаешь, ей было стыдно?

— Кэндис считает, что все проще, Мартина – человек замкнутый, с братом особой дружбы не было. Возможно, там какие-то семейные тайны. Подробностей не знаю.

— У Мартины много денег не было, иначе она ушла бы от Дирка, – сказала я. Противень заполнился маленькими расплющенными кружочками, и я отправила его в духовку. – Но она говорила, что у нее есть какой-то план… Интересно, что она задумала?

— Судя по ее последним банковским выпискам – ничего особенного. Снимала маленькие суммы, получала зарплату.

Джесси вытерла грязную часть стола. Потом посмотрела на меня и вытерла весь стол дочиста.

Вскоре «поцелуйчики» были готовы. Мы сделали клей из сахарной пудры и лимонного сока и с его помощью заставили каждое печенье поцеловаться со своей половинкой. Потом все переложили на тарелку и отнесли на веранду, прихватив большой чайник фиточая.

Стало прохладнее, мои курочки шастали по двору, рылись в компосте. На холмах лежали длинные тени, а колючие деревья и кусты в лучах предвечернего солнца казались мягкими. Бокмакери уже не пели, но слышались крики других птиц.

Сункис вышли восхитительные. Хрустящие, ореховые, маслянистые. Наконец-то Джесси приготовила что-то достойное, что не обидно отправить в рот.

— Йислайк, танни, это потрясающе, – сказала она, проглотив пять штук.

Было приятно снова увидеть на губах Джесси улыбку.

«Я твой мужчина», – пропел ее телефон.

Она достала свой «блэкберри» из кармашка на поясе, увидела, кто звонит, и улыбка тут же исчезла с ее лица.

— Рехарт, – сказала она, нажала кнопку и оборвала песню на середине. – Сменю этот рингтон сейчас же.

Телефон снова зазвонил, и она снова не ответила.

А мелодия была уже другая: «У темных рек».

Глава сороковая

Джесси ушла без привычной улыбки, но с пакетом, полным «поцелуйчиков». К тому времени, как я прибралась, стало достаточно прохладно и можно было заняться огородом. Мне не хватало моих коричневых фельтскунов, пришлось надеть те, что цвета хаки, и соломенную шляпу.

— Надеюсь, все с ней будет хорошо, – сказала я салату, выпалывая сорняки. – Обязательно. Она молодая, красивая. – Я навела порядок вокруг помидоров. – Найдет другого.

Поглубже всадив лопату в кучу темного компоста, я как следует копнула. Мои ржаво-коричневые курочки клевали траву неподалеку и тут же пришли проверить почву – может, появилось что-то свеженькое?

— Идите сюда и клюйте жучков, а то они едят мои овощи, – сказала я им, но они не обратили на меня внимания.

Я разложила компост между растениями маленькими садовыми граблями и вытащила слизняка – он забрался в самую сердцевину фиолетового салата.

— Цып-цып-цып, – позвала я, и курочки сбежались на зов.

Я запустила в них слизняком, и самая шустрая тотчас его проглотила. Курочки разбрелись по овощным грядкам в поисках чего-то съедобного. Я разложила компост вокруг ноготков и дикого чеснока. Вместе с курами эти растения помогали мне отпугивать насекомых.

— У нее все будет хорошо, – заверила я кур. – У Джесси. Она найдет того, кого полюбит.

Одна из куриц подошла совсем близко и посмотрела на меня блестящими глазами, склонив голову набок.