Убийство цвета «кардинал» - Людмила Киндерская Страница 7

Чем ближе она подходила к работе, тем меньше ей хотелось туда идти: представила, как все сразу бросятся к ней, станут расспрашивать, не влюбилась ли она, рассматривать одежду, выяснять, где купила и сколько стоит. Она не любила привлекать к себе внимание. Но сегодня этого не избежать.

И действительно, все произошло почти так, как она себе и представляла.

— Боже, кто это?! — всплеснула руками бухгалтер Ольга Егофкина.

Она была невысокой и крупной. Крупным у нее было все: нос, кость, ладони, ступни. Ей давно перевалило за пятьдесят, она страстно мечтала о замужестве и молодилась как могла: носила одежду, фасон которой был актуален в конце восьмидесятых, времени ее молодости. Отсюда и стрижка лесенкой, и зеленые тени на веках, и перламутровая пома-да, и люрекс — все, что было модно в то время.

«Да она со своими деньгами может в бутиках одеваться, — шептались коллеги из бухгалтерии, — а она шмотки “а-ля танцор диско” в секонд-хендах покупает».

Полина в сплетнях участия не принимала — Егофкина ей нравилась.

— Ого, Силиверстова, банк ограбила? — приподняв татуажные брови,спросила секретарша Вера Камнева. — Я видела такой пуловер, это ж ползарплаты моей стоит. Колись, любовник подарил?

Полина не успела ответить, вокруг загалдели, засмеялись, стали рассматривать ее наряд, узнавать, где купила и сколько стоит.

— Мне показалось, что рабочий день начался, или я ошибаюсь? — вдруг раздался голос с металлическими нотками.

Смех стих, как будто во время «Аншлага» в телевизоре выключили звук — осталась только картинка.

Обладательницей фразы, вмиг остановившей веселье, была руководитель финансового отдела Юлия Павловна Холодная. Она была умна, требовательна, даже строга с подчиненными. На рабочем месте никаких фамильярностей, никаких дружб, а тем более романов. Холодна и неприступна — сталь в глазах, металл в голосе. Для Полины она была абсолютным и недостижимым идеалом: Юлия Павловна была полной ее противоположностью. И внешней, и внутренней.

У Холодной были длинные стройные ноги, высокие скулы, прямой нос и твердый подбородок. Но особой завистью Полины были темные волосы Юлии Павловны, которые она гладко зачесывала и завязывала в высокий хвост. А еще синие глаза — такого цвета просто не бывает. Может, это линзы? И пухлые губы, которые она подчеркивала красной помадой. А еще ум, умение принимать решения и говорить «нет» — все, чего у Полины не было, нет и не будет.

Холодная посмотрела на Полину, шевельнула ноздрями, задержала на ней взгляд и, бросив отрывистое: «Работать», ушла к себе в кабинет. Камнева показала закрытой двери язык и нехотя отправилась за свой стол. Все остальные тоже потянулись на свои рабочие места, продолжая вполголоса переговариваться.

— Нет, а правда, Поля, что за повод так… — Антонина Серова на секунду задумалась, подыскивая слово, — преобразиться?

Тоня была единственным человеком в коллективе, с которым Полина поддерживала приятельские отношения. Вернее, стала поддерживать после одного случая.

Пару месяцев назад на свой день рождения Антонина принесла в офис торт и шампанское. Все как положено. Еды наготовила, а сама пришла все в тех же мешковатых брюках и свитере, в которых часто ходила на работу. Даже Полина, которая давно забыла, что значит следить за собой, удивилась: все-таки день рождения. Тем более юбилей. Поля была уверена, что Серовой исполнилось сорок как минимум, но оказалось— только тридцать пять.