Последняя электричка - Валерий Шарапов Страница 70

– Может быть, – равнодушно согласился Никитин. – Но подлецом не буду.

Орлов достал свой гнилой козырь:

– А Варя вас ждать не станет. Она найдет себе достойного мужчину!

Никитин с такой силой ударил кулаком по решетке, что сверху посыпалась штукатурка, и из-за угла показалось озабоченное лицо дежурного.

Лейтенант развернулся и быстро зашагал по коридору. Никитин проводил его взглядом и лег обратно на нары.

Глава 66. Майские дни

Середина мая расцвела в Москве буйным зеленым пламенем. Солнце, наконец сбросившее весеннюю застенчивость, щедро заливало улицы теплом. На деревьях распустились первые нежные листочки, воздух наполнился ароматом цветущих яблонь и сирени.

Москвичи, истосковавшиеся по настоящему теплу, высыпали на улицы. В парках и скверах включили фонтаны – дети с восторгом бегали вокруг водяных струй, а взрослые просто стояли и любовались. На бульварах появились влюбленные парочки, они гуляли, держась под руки, шептались на скамейках, строили планы на будущее.

А Никитин смотрел на все это великолепие через решетку окна камеры и думал о том, что где-то там, среди этих счастливых людей, ходит убийца.

Варя приходила каждый день. Рассказывала о работе в детской библиотеке, о том, как дети радуются новым книжкам, как один мальчишка выучил наизусть всего «Мойдодыра» и теперь декламирует его всем подряд.

– Животик еще не заметен? – тихо спрашивала она, становясь перед решеткой в профиль. – Соседки начинают поглядывать косо. Спрашивают, где ты.

– Ничего еще не заметно! – нарочито сердито отвечал Никитин. – Рано еще. А ты что отвечаешь этим сплетницам?

– Говорю – в командировке. Долгой командировке.

Через день приходил Кочкин с новостями. Лицо у него становилось все мрачнее.

– Орлов совсем рехнулся, товарищ майор. Арестовал того мужика из деревни, Крюкова. Жену его тоже под подписку о невыезде взял. Дом обыскивал, все вещи во двор выкинул – ничего не нашел, но не унимается. Говорит, что вещдоки где-то спрятаны.

– А что с любовницей Крюкова?

– Степанова подтвердила – был у нее всю ночь. Но Орлов и ей не верит. Думает – сговорились.

Никитин покачал головой. Орлов загнал себя в тупик и теперь не хотел признавать ошибку.

– Есть еще новости, товарищ майор, – понизил голос Кочкин. – И не очень хорошие. О том, что случилось на Курском вокзале, узнали наверху. Самые верхи.

– Кто именно?

– Министр путей сообщения Бещев. И министр внутренних дел Круглов. – Кочкин оглянулся по сторонам. – Говорят, очень недовольны. Шесть трупов в электричках – это уже не местное происшествие, это государственное дело.

– Понятно.

– А еще говорят, что скоро приедет комиссия из МГБ. Разбираться с делом. И с вами тоже разбираться будут, товарищ майор.

Никитин кивнул. Он и так понимал, что дело принимает серьезный оборот. Судьба его была почти безнадежна – министры не прощают таких выходок. А убийца все еще гулял на свободе, возможно, готовясь к новому преступлению.

Когда Кочкин ушел, в камере снова воцарилась тишина. Никитин лег на нары, сложил руки за головой и уставился в потолок.

Но нет худа без добра. Долгие часы, которые он проводил в одиночестве, вдали от служебной суеты и постоянных вызовов, дали ему возможность погрузиться в размышления. И эти размышления привели к очень интересным результатам.