Крик ночной птицы - Дарья Литвинова Страница 73

— Нужны.

— Принял.

Трипанев закурил, и Лозин, заметив, что рука его трясется, напрягся и приготовился к неожиданностям. На всякий случай. Хотя рука могла трястись и от возмущения, что граждане с техникой топчутся на его участке, а кто-то в комбинезоне лезет в канализацию.

Вспышка фотоаппарата. Краев с Мокиным шагнули вперед, посмотрели в колодец.

— Что там? – крикнул Мокин. – А, он же в шлеме не слышит…

— Смотри, – озадаченно сказал оперативник, глядя вниз, – он два пальца показывает.

— В каком смысле?

— Так и я не пойму.

— Два трупа. – К ним подошел сотрудник с погонами капитана внутренней службы. – Он по рации передал. Сверху маленький, снизу побольше. Сейчас обвяжет первый, вытянем.

— Лежать! – раздался крик Лозина.

Маленький оперативник среагировал быстрее всех и уже сидел верхом на Трипаневе, которому мгновенно подставил ножку, едва услышав о трупах. Краев подскочил на помощь, надел наручники.

— Два трупа, – повторил Мокин. – Хорошо приехали.

Трупов оказалось три. Один был скелетированным; второй уже достаточно разложился, но сохранились одежда, волосы и браслетик на руке; третьей была маленькая Майя. Трупное окоченение уже прошло, девочка начала пахнуть, как только развернули простыню.

Трипанев поначалу пытался придерживаться версии, что он не знал о содержимом колодца, но после небольшого комплексного воздействия во всем сознался. В доме обнаружили и изъяли волосы Майи, более того, эксперт-криминалист даже обнаружил закатившуюся под диван заколку девочки.

Соседи, которые наблюдали за происходящим, узнав об обнаружении трупа Майи, заплакали: они тоже следили за поисками и старались принимать участие. Предстояло сообщить об этом родителям девочки, а также опознать два других тела.

Труп с браслетом по своей картотеке идентифицировал Ветищев.

— Олеся Весина, пропала в восемнадцатом году, – проговорил он, сравнивая фотографию и описание. – Даже браслет точно такой же. Я уже и забыл про то РД.

— Ну вот, поднимай его, – нетерпеливо сказал Краев, – и дай мне копию заявления. Поедем сейчас на опознание с ее матерью.

— А Кормильцевым уже сообщили? – Ветищев лично принимал заявление, помнил рыдания и обморок матери в кабинете и теперь опасался, что говорить с родственниками снова придется ему.

— Да, – кивнул Горин, – там жесть что было. Вспоминать не хочу. Ян, там участковый Минин в ту сторону просился, подвезешь его?

— Подвезу.

Голиков уныло брел по парку. Шел третий час его наблюдения за квадратом садик – школа – школа-интернат, и наблюдения бесполезного. Было обидно, что, несмотря на их совместные с ППС и даже добровольцами из числа родителей усилия никак не могли увенчаться успехом. Эксгибиционист регулярно «радовал» детей своим появлением, а засечь его не получалось. Основную работу при этом с участкового никто не снимал, а времени уходила уйма.

Погруженный в свои мысли, он не сразу понял, что случилось, когда в него врезались двое детей.

— Там! Там! – Мальчик лет двенадцати, крепко схватив руку девочки помладше, тыкал в сторону гаражей. – Там дядька! Голый!

— Голый? – не понял участковый, почему-то сразу представив криминальный труп без одежды. – В смысле – голый?

— Он сестру позвал! Я следом побежал, и он – раз – штаны спустил!

До Голикова дошло.