Тетрадь князя Путятина - Елена Дорош Страница 74

— Это честь для нас – быть приглашенными в дом дочери Джона Мэннинга, – поклонился ей Дитрих.

Его жена кивнула и улыбнулась.

Какая очаровательная женщина, подумали все присутствующие, кроме Алисии.

Она скривила губы и со злостью отодвинула тарелку с тунцом.

— Гадость какая! Никогда не ела ничего противнее!

Парижские вечера

Шифровку из Москвы с информацией о Барышникове Кама в тот день не получил.

Курьер, отправленный с донесением, был задержан жандармами вместе с протестующими студентами, рядом с которыми случайно оказался. Вместе с другими вещами у курьера изъяли портсигар, в котором была спрятана шифровка. Выпустили задержанных на следующее утро, но портсигара среди вещей не оказалось. Испугавшись, что на свернутую трубочкой бумажку обратят внимание, курьер быстренько убрался из города, но доложить о потере смог только еще через день.

Волновался он зря, потому что содержимое портсигара было без разбору выброшено в урну некурящим жандармом, ему приглянулась серебряная вещица. В Москву была направлена просьба повторить сообщение.

Предупреждение не было получено, и Егер по-прежнему не учитывал в своем раскладе еще одного участника. Пожалуй, самого опасного и непредсказуемого из всех.

В гости он отправился один, чтобы создать условия для откровенного разговора. Внимание Николая Путятина к своей персоне Кама заметил за обедом и решил, что тот не упустит возможности привлечь человека, вхожего в дом Романовой, к решению своих проблем.

Втемную, разумеется. Дитрих не должен ни о чем догадываться.

Явившись с некоторым опозданием, Кама сослался на недомогание жены и приготовился к роли простофили.

На этот раз Анна против его сценария не возражала и решила пройтись, держась подальше от центра города и людных мест. Следовало хоть немного снять напряжение последних дней. Работа агента, столь привычная для Егера, давалась ей с большим трудом. Возможно, она преуменьшала свои способности, но ей все время казалось, что она что-то упускает, не замечает, не видит. А тут еще Кама со своей сверхзаботой!

Сразу после обеда она уехала к себе и вышла из дома около четырех. Все равно сидеть в одиночестве невыносимо.

С Камой они условились встретиться в девять, так что времени было достаточно для вояжа по улицам города. Не такого любимого, как Ленинград, но прекрасного.

Почему-то никаких эксцессов она не опасалась. Уж больно многозначительно посмотрел на нее в театре Гризо. Наверняка кто-то из его людей присматривает за ней по просьбе Егера.

Хотя, быть может, она выдает желаемое за действительное. Спросить не у кого. От Камы правды все равно не дождешься.

Ей давно хотелось побывать в садах Трокадеро. Рядом остановился трамвай, идущий в ту сторону. Выйдя у дворца Шайо, Анна уже собралась перейти улицу, как вдруг прямо перед собой увидела выходящего из магазина Николая Путятина. Рядом с ним шла женщина с маленькой девочкой лет семи. В одной руке Путятин нес сумки с покупками, а другой бережно поддерживал спутницу под локоток.

Немного выждав, Анна, пошла за ними.

Путь оказался недолгим. Через два квартала они повернули к частному особняку и, открыв калитку, уверенно вошли.

Путятин при этом ни разу не оглянулся, и Анна в который раз удивилась его уверенности в своей безопасности.