Тени южной ночи - Татьяна Устинова Страница 75

— Так хорошо, что вы приехали! С вами как-то… надежно. И смешно.

— Я еще ни разу не спросил вас, как вы начали писать и где вы берете сюжеты.

— А вы спросите, — поддразнила она.

— Спрошу, — пообещал он.

В ветеринарную клинику они зашли опять через служебный вход. Медсестра поднялась навстречу. Маня моментально приметила на столе небольшую стопку потрепанных книг в знакомых обложках и выругала себя за то, что сама не догадалась зайти в книжный, купить и подарить!

Эгоистка, думаешь только о себе!

— Василий Иванович на приеме, я скажу, что вы пришли. Посидите пока.

— А как Лидо? — спросила Лера. — Ей… не хуже?..

— Лучше, лучше. Василий Иванович сам все расскажет. Собачка сейчас в стационаре. Греем, капаем витамины и общеукрепляющие. Она молодцом, борется. Я сейчас, вы подождите.

— Кто такая Лидо? — на ухо спросил Маню Раневский.

От Маниного уха дивно пахло.

— Сейчас сами увидите. Только в обморок не падайте.

Вскоре явился доктор в зеленой робе и маске, вид грозный.

— Ну чего, живодеры? — загремел он еще из коридора. — Довели животное, а теперь ходите, канючите, деньги платите!..

Маня мигом вскочила, перехватила его по дороге и крепко пожала руку, заглядывая в лицо.

— Собака ничего? — И снова заглянула. — Ничего, да?..

— Да ну вас, — отмахнулся доктор, — что вы на меня глядите как на Николая Угодника! Делаем что можем. А я, ей-богу, заявлю! У нас издевательства над животными запрещены!

— А вот и майор, — подталкивая Раневского к грозному доктору, радостно сообщила Маня. — Для заявления! Самый настоящий, из Следственного комитета! Дима, знакомьтесь, это доктор Пушкин Василий Иванович. Замечательный ветеринар.

— Майор Раневский Дмитрий Львович. Какое заявление вы хотите сделать?

Доктор смешался и сдвинул на шею маску.

— Жена ваша принесла собаку, да вы знаете, наверное. В последней степени истощения! В самой последней!.. Мы вытаскиваем, но хотел бы я знать, кто это так с животными обращается! — Он грозно вытаращил глаза на Леру. — Сдается мне, я знаю кто, но все отнекиваются и покрывают!

Майор тоже мельком взглянул на девушку. Она вся изнемогала и трепетала.

— Жена ваша молодцом, конечно. Собаку подхватила и нам доставила. Кстати, как ваша нога, дама-писательница? Лед прикладываете? — И, обращаясь к Раневскому: — Вы бы последили за ней. Молодая совсем, а хромает. Возраст придет, вообще ходить не сможет!..

— Я послежу, — пообещал Раневский. — Лед будем прикладывать. — И Мане с упреком: — Что же ты про лед мне ни слова не сказала? Я бы ледогенератор купил! Вот она такая, доктор. Ничего толком не добьешься!

— Зато человек хороший, — не согласился Василий Иванович. — Принесла животное почти дохлое, в косынку завернула, тут всех на ноги подняла! Ну, навестить хотите? Настя, провожай в стационар, а мне некогда, у меня на приеме попугай с тепловым ударом!

Чтобы попасть в собачий стационар, нужно было напялить стерильные халаты и бахилы. В голубом безразмерном халате Маня стала похожа на кита, выбросившегося на берег. Она с трудом дышала, так было жарко, и никак не могла натянуть на шлепанцы пакет.

Раневский нагнулся и помог. Она держалась за его плечо и послушно подняла сначала одну, потом другую ногу.

В небольшой комнате на длинном медицинском столе помещались две или три клетки, все пустые.