Детектив на лето - Татьяна Устинова,Людмила Мартова,Елена Дорош,Артур Гедеон,Анна М. Полякова,Янина Корбут,Катори Ками Страница 75

Полдень наступал медленно. Я сидела в кресле, закинув ноги на столик, и смотрела, как солнечный луч, пробиваясь сквозь кружево паутины, ползет по полу. В свете этого луча кружились пылинки. Я держала проводок в руке, перекатывала его пальцами. «Летняя. Полдень». Что должно было случиться? Включится скрытый механизм? Проявится надпись на стене? Из шкафа выскочит безумный клоун с запиской в руке?

Луч солнца в отражении падал на то же место, что и в реальности. Все было одинаково. Кроме… Я медленно подошла к зеркалу. В отражении луч солнца касался ножки столика. В реальности — не доставал до нее сантиметров на десять. Разница была едва заметной, но она была.

Присев, я аккуратно провела рукой по паркету в этом месте, постучала костяшками пальцев. Ни отметин, ни скрытых пазов. Я подняла глаза на зеркало. Отражение смотрело на меня с тем же вопросительным выражением.

Еще раз простучала паркет вокруг. Звук был глухим, сплошным. Никаких потайных ходов. Раздражение начало подкатывать комком к горлу. Я что, должна была ждать какого-то волшебного щелчка? Может, нужно было вставить проводок куда-то? Я осмотрела зеркальную раму, столик, плинтуса, но не нашла никаких разъемов.

Солнце сместилось, луч уполз в сторону и теперь лежал на полу, бесполезный и яркий. Я чувствовала себя идиоткой и уже собралась уходить, засовывая проводок в карман джинсов, когда взгляд снова упал на пол. И я замерла.

Теперь, когда солнце светило под другим углом, я увидела то, чего не замечала раньше. Досточки паркета в том месте, где еще недавно лежал луч, отличались оттенками. И если присмотреться, сами по себе формировали рисунок. Они образовывали стрелку, указывающую вниз и вправо.

Сердце застучало чаще. Я опустила взгляд туда, куда указывала стрелка. В угол комнаты, где пол и стена встречались с плинтусом. Плинтус был обычным, дубовым, местами потрескавшимся. Я провела пальцами по нему и почувствовала под слоем краски почти неощутимый шов: небольшая аккуратная вставка.

У меня не было инструментов. Я побежала на кухню, где мыла посуду Катерина, схватила первый попавшийся нож с широким лезвием. Вернулась, вставила кончик ножа в шов. Дерево поддалось с тихим скрипучим вздохом. Планочка размером с ладонь отскочила, открыв небольшую нишу.

Внутри лежал ключ. Старый, тяжелый, почерневший от времени ключ типа «бабочка». И свернутая в трубочку калька. На ней тушью был нарисован схематичный план части дома. Я узнала коридор второго этажа и несколько комнат. Одна из них была подписана: «Архив. Секция три. Полка верхняя». На полке был нарисован крестик.

Внизу стояла приписка: «Ключ от правды — в прошлом. Но прошлое открывается только тому, кто смотрит под правильным углом. Свет и тень — соучастники…»

Я сидела на холодном паркете, прижимая к груди ключ и кальку. Воздух в комнате теперь казался густым, заряженным. Захотелось распахнуть окно и впустить немного летней свежести. Она знала, что я приду. Или кто-то придет. И оставила маршрут.

Я вышла из Летней гостиной и чуть не столкнулась с Виктором Леонидовичем. Он стоял в коридоре, прислонившись к стене, и курил тонкую папиросу. Дымок струился в луче пыльного света.

— Вы вернулись с рыбалки?

— Да… Эльвира сказала, ты пробегала мимо нее с ножом в руке…