Мертвое зерно - Игорь Томин Страница 77

— Какие документы?

— Накладные. Ведомости качества. Зерно бракованное – поражение грибком, следы вредителей. К переработке не допускается.

Максим кивнул, записал что-то в блокнот.

— Дальше что?

— Услышал звук у входа. Будто кто-то шевельнулся. Пошёл проверить. – Илья потрогал повязку на затылке. – У входа никого. Но звуки продолжались. Откуда-то сверху. Там что-то зашуршало, треснуло. Я не успел посмотреть наверх – сильный удар по голове и спине. Всё.

— Подпорки трогал?

— Нет. Они стояли, как всегда. Я их даже не касался.

— Валя обследовала крышу, – сказал Максим негромко. – Шифер был подпилен. А также и края обломанной коньковой балки. Аккуратный поперечный распил. Одним словом, крыша держалась на соплях. И в тот момент, когда ты дошёл до нужного места, обрушилась тебе на голову.

Илья медленно кивнул.

— Значит, там был кто-то, и он следил за мной.

— Если помнишь, я отправил тебя на склад вечером, на нашем совещании. Об этом никто не знал, кроме нас троих. – Максим положил блокнот на колени. – Это говорит о том, что покушение на тебя не было спланировано заранее. Оно было спонтанным. Может, только благодаря этому третье убийство не состоялось.

— Похоже на то, – согласился Илья.

— Илья, у меня к тебе просьба, – внезапно сменил тон Туманский. – По-дружески. Поделись тем, что знаешь, но пока молчишь.

Скрипнуло окно, потревоженное ветром. В коридоре кто-то негромко позвал медсестру.

Илья долго смотрел на Максима, потом отвернулся к окну.

— Андреев мог снять брелок с золотой ниткой на месте убийства Сашки.

— Брелок с золотой ниткой? – Максим выпрямился. – Я его видел у Андреева. Он мне сказал, что отобрал его у Сашки за несколько дней до убийства.

— Получается, что Андреев соврал. Этот брелок видели на ключах Сашки незадолго до убийства. Может быть, за двадцать, даже десять минут.

— Кто видел?

— Человек, которому доверяю.

— Имя?

— Не скажу.

Максим встал, прошёлся по палате. Остановился у окна, постучал пальцем по стеклу.

— Знаешь, что такое оперативная работа? – спросил он, не оборачиваясь. – Это когда каждый факт проверяют десять раз. Каждый источник. Каждое слово.

— Знаю. Поэтому и не тороплюсь называть.

— А если этого твоего источника завтра не станет, как участкового? – Максим обернулся. – Или на него упадёт бревно? Утонет в реке? Навсегда потеряется в лесах?

— Максим Николаевич!

Максим вздохнул, вернулся к табурету.

— Ладно. Пока оставим.

В дверь постучали. Вошла медсестра – молодая, в крахмальном колпаке.

— Больному пора на перевязку, – сказала она, глянув на Максима.

— Сейчас, – кивнул Максим. – Ещё минутку.

Медсестра ушла, но дверь оставила приоткрытой.

— Илья, – Максим наклонился, говорил тихо, – я понимаю тебя. Источник надо беречь. Но если Андреев действительно снял этот брелок на месте убийства…

— То он либо убийца, либо свидетель, который скрывает правду, – закончил Илья.

— Именно. – Максим встал. – Значит, берём Андреева в разработку? Или всё-таки неизвестную в белом платье?

Илья промолчал.

— Подумай, – сказал Максим, направляясь к двери.

Илья лежал неподвижно, смотрел в потолок.

— Не теряй голову, – добавил Максим с усмешкой. – И береги её.

— Кого беречь? – уточнил Илья.

— Голову, Илья! Голову! Она у тебя одна в отличие от всего остального… Я поехал в район. Прокуратура затребовала мотивированное постановление об отмене подписки о невыезде для Нади Петровой. Писанины много, не знаю, когда вернусь.