Академия идеального преступления - Марина Серова Страница 81

Так. Голодовки. Экстремальное похудение. Что-то мне это напоминает.

Я глубоко задумалась, вспоминая все связанное с делом покойного Чернохвостикова. Что-то такое было… И минуты через три я вспомнила услышанный в «Академии» разговор диетолога с Аделаидой Степановной. Генриетта очень аккуратно намекала неспособной справиться с зажорами дамочке на возможность уединенного экстремального похудения. Что там было? Оставить квартиру примерно на неделю, заплатить за это деньги. А вот может ли это быть связано с «бомж-турами»? А почему бы и нет? И то и это – экстрим.

Да, необходимо будет проследить всю цепочку от начала до конца. Главное – кто проводит набор клиентов для таких развлечений? Вернее, кто занимается поиском клиентов, ведь их сначала нужно найти. Далее – каким образом все это осуществляется? Каким образом организаторов нашел Константин Чернохвостиков? На данный момент единственным человеком, который может быть в курсе – хотя это и спорный довод, – является врач-диетолог Вахромеева Генриетта Михайловна. Она сама говорила, что Константин усердно занимается собой и что она ставит его в пример всем клиентам «Академии». Стало быть, они контактируют. И можно предположить, что с Вахромеевой Константин мог поделиться своими проблемами. И если уж Чернохвостиков изнывал от скуки, как говорят бабульки на лавочках, «зажрался», он вполне мог пожаловаться на это Генриетте. А та, если связана с некоей организацией, занимающейся экстремальными развлечениями – в том числе и экстремальным похуданием, – дала ему контакты, например…

Жаль, что я уже представилась старшей сестрой девушки, которая увлекается нездоровой пищей и запустила себя. Можно было бы попробовать прозондировать почву на предмет увлечения экстримом. Конечно, нет никакой гарантии, что Генриетта Михайловна клюнула бы на мою удочку – при условии, что она в курсе всего. Однако теперь такой возможности уже нет.

Ладно, если одни возможности закрываются, то другие – точно открываются. Буду действовать по обстоятельствам. А сейчас мне пора ехать в нотариальную контору к нотариусу Андрею Данииловичу Крапивникову на оглашение завещания, которое составил Константин Чернохвостиков.

Я закрыла квартиру Константина, спустилась во двор, села в машину, завела мотор и поехала.

Вскоре я уже была на месте. Я припарковала машину на стоянке, расположенной напротив входа в нотариальную контору, на входной двери которой была вывеска: «Нотариус Крапивников А. Д.»

Как раз в тот момент, когда я выходила из своей машины, к помещению нотариальной конторы подъехала иномарка.

«Кто бы это мог быть? – подумала я. – Ведь на это время назначено Владимиру Леонидовичу. Может быть, это как раз и есть он сам?»

Я не ошиблась: из машины вышел Чернохвостиков и, увидев меня, кивнул:

— Добрый день, Татьяна Александровна.

— Здравствуйте, Владимир Леонидович, – ответила я.

Мы вместе направились к нотариусу. Сначала мы прошли по длинному и узкому коридору, который заканчивался дверью. Владимир Леонидович открыл ее и пропустил меня вперед:

— Прошу вас, Татьяна Александровна.

Я сделала несколько шагов и оказалась в небольшом помещении, которое, как я поняла, служило приемной. Следом за мной в приемную вошел Владимир Леонидович.

За компьютерным столом у окна сидел молодой парень в строгом костюме со стильной стрижкой. Помощник нотариуса что-то сосредоточенно печатал. Увидев нас, он встал.