Рецепты любви и убийства - Салли Эндрю Страница 81

— Может, он видел кого-то, кто ездит на похожей машине?

— Возможно… Лоуренс был не из тех, кто сочиняет ерунду.

— Убийца мог подумать, что Лоуренс его видел.

— И поэтому его застрелил?

— Ведь Лоуренс застал его, когда тот вечером забрался в ваш дом.

— Что этому ублюдку понадобилось в моем доме? – спросил он.

— Он что-то искал в кабинете Мартины.

Дирк потер рукой колючий подбородок.

— А что здесь делал мистер Мариус? – спросила я.

— Кто-то хочет купить нашу землю. – Он сглотнул. – Мою землю.

— Вы ее продаете?

— Не знаю. Он дает двойную цену, так что глупо отказываться. Но Мартина не хотела продавать. Она сказала, что Мариус что-то замышляет. А теперь ее нет, и даже не знаю… Мариус хочет, чтобы я подписал договор. Но еще слишком рано. Я ведь не был дома после ее…

Он огляделся, будто что-то потерял. Его взгляд упал на кувшин с водой, стоявший рядом с кроватью.

— Хотите воды? – спросила я.

Он покачал головой, но продолжал смотреть на кувшин с водой, будто тот напоминал ему о чем-то печальном.

— А кто покупатель? – спросила я.

На его лице читалась растерянность, будто он забыл, о чем мы говорили.

— Кто хочет купить вашу землю? – подсказала я.

— Не знаю. Мариус пока держит это в тайне…

— А Мартина была религиозной?

— Она была хорошей женщиной. Праведной.

— Она с адвентистами седьмого дня не была связана?

— С кем? А-а, понятно. Конец света и все такое. Не знаю. Однажды она сказала… Я не всегда ее слушал. Я был плохим мужем.

— Вы знали друга Мартины, Джона Виссера?

— Это никчемный тип. В каком смысле друг? – Его лицо снова превратилось в красный шар. – Вы видели их вместе? Где?

— Нет, я просто спрашиваю. Я слышала, что раньше они были близки.

— Она его выкинула. Давным-давно. Кстати. У него есть белый внедорожник! Я видел его. Очень похож на мой. Так это он… Я убью его!

Глава сорок седьмая

Когда мы открыли дверцы моего бакки на парковке, меня обдало жаром. Я расправила платье под ногами, чтобы кожа не касалась сиденья.

— Боже милостивый, – сказала Хэтти. – Тебе надо поставить сюда кондиционер, танни Мария.

— Он стоит дороже, чем вся машина.

— Эта жара тебя угробит, – встревожилась она. – В следующий раз поедем на моей.

Я отвезла Хэтти в редакцию, забрала свой виноград и помидоры и направилась домой. Коричневые холмы от пыли и жары окутались дымкой. На дороге виднелись мерцающие полосы, похожие на лужицы – миражи. Забавно – от иссушающей жары возникает нечто, напоминающее прохладную воду. Будто воздух так сильно жаждет чего-то, что в итоге просто это создает. Есть такая проблема, когда хочешь чего-то очень сильно: можно сойти с ума.

Пока я добралась до своей подъездной дорожки, платье прилипло к сиденью. Сейчас опрокину стаканчик лимонада со льдом. Я припарковалась в тени дерева и выкарабкалась из машины. Достала виноград и помидоры. Помидоры в пакете обливались потом.

— Погодите секундочку – суну вас в холодильник, – пообещала я.

Было тихо. Слишком тихо. Может, птицам лень петь в такую жару? А насекомые? Мои шаги громко звучали по дорожке.

Мои курочки, где вы? В компостной куче не копаются, в тенечке не лежат.

Тут я застыла как вкопанная. На коврике у двери на моем крыльце лежало что-то коричневое. Что это?

Я шагнула вперед.

Мои коричневые фельтскуны.