Стадное одиночество - Татьяна Нильсен Страница 87

— Господин Веретенников, извините за поздний звонок, но я посчитала, что эта информация может быть важной, – Василиса обратилась без приветствия, словно продолжила прерванный разговор.

— Да, да, я вас слушаю внимательно, Василиса Ильинична.

— Я не уверена, что мои воспоминания могут пригодиться.

— Да говорите уже! Потом решим, как это может помочь в расследовании. Вы нашли что то интересное в том дневнике?

— Не в дневнике дело, – отмахнулась Волошинская. – Я вспомнила о том давнишнем разговоре очень ясно. В то время существовали огромные проблемы с протезированием зубов, помню, пломбу нормальную не поставишь, от ириски «Золотой ключик» цементные заплатки вылетали буквально на следующий день! Так вот, как то речь зашла про дантистов. Хельмут сказал, что у него стоит процелан. Ещё тогда его рассказы казались небылицами о том, что, мол, приходишь в клинику и через пару дней выходишь с готовыми новенькими коронками, мостами и вылеченными зубами. Вот представьте себе, у них стоматология тридцать четыре года тому назад уже была такая, как наша сейчас!

— А позвольте спросить, чья именно «наша»?

— Не придирайтесь к словам, я, конечно, имею в виду Россию. Так вот процелан с немецкого переводится, как фарфор. Сегодня такие коронки мы называем металлокерамикой.

— Россманн мог много раз снять эти коронки и поставить новые. В этом вопросе не за что зацепиться, индустрия эстетической стоматологии не стоит на месте.

— Вы можете дослушать меня? – раздражённо перебила следователя Волошинская. – Один забулдыга весь день морочил голову, теперь вот вы!

— Извините, больше не перебиваю! – Веретенников улыбнулся, следователь не стал уточнять, кто шведской даме в Сибири морочил голову. Он надеялся, что всё таки услышит что то полезное.

— Дело в том, – продолжала Василиса, быстро утихомирив дурное настроение, – что Хельмут поставил керамический мост. В студенческие времена он играл в хоккей и получил травму. У него отсутствовали три передних зуба на верхней челюсти.

— Вы правильно это запомнили? – Вячеслав задумался. Он не уточнял у патологоанатома детали о наличии зубов у Россманна.

«Глупая беспечность меня погубит, – сердито подумал про себя Веретенников. – Как то легко я решил, что новый сустав – достаточное основание для определения личности покойника. Хотя в таких вопросах ошибки быть не может!»

— Василиса Ильинична, это очень важная информация. Вы не ошибаетесь?

— Конечно, нет! Я не настолько стара, чтобы впадать в деменцию. Мы даже пытались попасть в немецкую клинику в тот момент, когда я была в Германии. Но тогда врач принимать меня отказался, потому что медицинской страховки у меня не имелось, и к дантисту я обратилась не с острой болью.

— Так, давайте ещё раз! У Россманна отсутствуют верхние зубы. На этом месте стоит мост.

— Именно так было на тот момент, когда мы были знакомы, потом он мог поставить импланты и всякое такое. Я, например, слышала, что японские учёные научились выращивать новые зубы на месте удалённых.

— Это, конечно, интересно! И хоть пока не понятно, чем может помочь информация про зубы, но всё равно спасибо.

— Постойте! Ещё такой вопрос. Мои дела в Сибири закончились, и я скоро возвращаюсь в Москву. В столице мне, по сути, делать нечего, разве что недолго погостить у дочери. Так, когда я смогу вернуться в Швецию? Муж меня поторапливает. Соскучился.