Разящие огни грехов - Гера Фотич Страница 9

Косых усмехнулся:

— Достаточно, – положил руку на плечо Сомову, – ты знаешь, я ведь тоже поступал в Военное училище Ленинского комсомола, хотел быть подводником, но медкомиссию не прошёл и подался на юрфак в университет. А так бы, может, с тобой служил, под твоим началом. Север мне нравится!

— Можно на «ты», а? – в пьяной расслабленности спросил Сомов.

— Конечно, Семён! – улыбнулся Косых.

Подводник взял его за плечо и слегка придвинул к себе:

— Давай как-нибудь утречком приходи на базу! У тебя же есть разрешение, пройдёшь через КПП. Я тебе экскурсию по лодке проведу! Топливо неизвестно когда поступит, мы у причала стоим уже давно.

Глаза Косых заблестели желанным мечтательным огнём:

— Давай! – достал записную книжку. – Какой у тебя телефон, я как соберусь, тебе накануне позвоню!

Сомов неожиданно с досадой почесал затылок:

— Сейчас скажу, я ещё не успел его запомнить, подключили недавно. – Подводник вышел из кухни.

Павла внезапно прошиб пот – он задумался: как жена Семёна год назад ушла вызывать «скорую» убитой девушке, если дома не было телефона? Или она к соседям ходила звонить, а потом – домой вернулась? Что значит – недавно подключили – может, номер поменяли? Из глубины памяти всплыло болезненное коричневое лицо начальника розыска Михайлова. Оно издевательски усмехалось…

Возвращение Сомова прервало мысли следователя. Семён радостно продиктовал номер, который Косых и записал, поинтересовался:

— А правда, твоя жена актриса?

— Да, – подтвердил Сомов. – Окончила в Питере театральное училище на Моховой. Пока училась, сыграла несколько спектаклей, потом в театре поработала и бросила – уехала со мной на Север!..

С тех пор началась у подводника и следователя дружба.

Вернулась из поездки Елена. С запоем рассказывала о красотах монастыря, о службе, о мудрых советах батюшки.

Косых тогда так и не понял, зачем она ездила – то ли на экскурсию, то ли молиться.

Суд над Дмитрием Стрелковым случился очень быстро. Никто не хотел затягивать расследование, снова поднимать шум.

Погибших военнослужащих похоронили с почестями, но без героических речей.

Сам обвиняемый вину свою признал полностью. Доказательств было больше чем достаточно, оставшиеся в живых свидетели продолжили нести службу на местах. Так что через месяц после окончания следствия начались первые судебные заседания, а ещё через два Военный суд приговорил Стрелкова к смертной казни.

Несмотря на то что карьера Павла Косых не пострадала, личная жизнь не складывалась. Женщин было много, но за душу не трогали. Приводил их в общую компанию Сомовых. Устраивали вместе шашлыки в горах, ходили на концерты изредка приезжавших музыкантов, зимой катались на коньках по замерзшему льду речки Урице, протекающей через посёлок.

А через год Павел уехал в Мурманск на повышение и получил там квартиру.

Сомов тоже продвигался по службе и скоро стал командиром подводной лодки. Но встречаться с Косых не прекратили. Несколько раз вместе ездили в отпуск к родителям Семёна, которые владели дачей на берегу озера.

Впервые увидев это чудесное место, Павел обомлел от окружающей красоты. Дома стояли на возвышенности, а внизу простиралось прозрачное лесное озеро, на противоположном берегу едва виднелись старенькие дома, в которых ночью горели огни, точно многочисленные причалы для стоянок кораблей. Решил, как только выйдет в отставку, обязательно купит или построит здесь дачу себе.