Дело о Книжном Клубе - Филиппа Кларк Страница 91

— Брайс был с тобой довольно жёсток, – сказал он.

Что тут ответишь? Да. Но заслуженно? Или нет, и ты должен был меня защитить?

Она опустила голову.

Трев поставил пиво на перила и шагнул ближе – не вплотную, но достаточно, чтобы его запах окутал её. Не выпуская её руки, другой рукой он приподнял ей подбородок, и глаза у него стали серьёзнее, чем она когда-либо видела.

— Лучше он, чем я.

Он отпустил её, взял пиво и сделал первый глоток. Потом быстро взглянул на неё.

— Я бы обошёлся с тобой куда жёстче.

— Ох.

— Вот именно – «ох». Чарли, ты играешь с огнём, и сегодня этому конец. Больше никаких секретов про угрозы по телефону, людей, которые за тобой следят, или анонимные записки. Да?

— Я не думала, что всё это важно. Во всяком случае, для расследования – точно. До сегодняшнего вечера я просто не видела никакой связи.

— Это не ответ.

Я не могу тебе этого пообещать.

Шарлотта отступила на шаг и поднесла бутылку к губам, но так и не отпила.

Трев вздохнул.

— Я тебя не понимаю, Шарлотта Дин. Почему ты держишь при себе опасную информацию? Когда ты наконец начнёшь мне доверять?

— Я доверяю. Но не хотела тебя всё время дёргать. И потом, много ли ты можешь сделать здесь, в Кингфишер-Фоллс?

— Больше, чем ты думаешь. Очевидно.

В его голосе прозвучала горечь, и Шарлотта поставила пиво и полностью сосредоточилась на нём.

— Сид сказал, что здесь у тебя нет полномочий. И не только он. Люди всё время намекают на какую-то давнюю историю между вами, и даже твоя мать признаёт, что вы давно враждуете. Но никто не хочет ничего объяснять, и я понятия не имею, что ты можешь, а чего не можешь сделать, чтобы помочь мне. Чтобы помочь Рози. – Голос у неё повысился от нахлынувшего раздражения. – Я так за неё переживаю, Тревор. Она ужасно перепугалась, но отказалась звонить тебе и не позволила мне это сделать. А я оказалась посреди всего этого и не могу ничего исправить!

Пока она совсем не потеряла самообладание, Шарлотта резко развернулась, влетела в комнату, плюхнулась на диван и закинула ногу на ногу. Она скрестила руки на груди, сознавая, что поза – защитная, но внутри слишком всё кипело, чтобы разыгрывать вежливость. Трев вошёл следом более неторопливо, неся оба напитка. В нескольких шагах от неё он остановился, словно не зная, рады ли ему здесь вообще.

— Спрашивай о чём угодно. – Он примостился на самом краешке дивана, подальше от неё. И ждал.

Это было глупо. Минуты тянулись, а никто не говорил ни слова. Трев был терпеливым человеком, из тех, кто не спешит, сначала во всём разберётся, а потом поступит по совести. Она всегда восхищалась этим в нём. Но смотреть на него не собиралась. Ни за что.

— Чарли?

Голос у него был такой мягкий, что её глаза сами собой поднялись к его лицу. В его взгляде смешались тепло, тревога и сила, и Шарлотта, медленно выдохнув, решилась.

— Я совершила кое-что ужасное в Брисбене, в своей практике психиатра.

Ты уйдёшь, когда узнаешь, кто я на самом деле?

— Продолжай.

— Несколько месяцев я работала с одной пациенткой. Молодая женщина, убеждённая, что муж собирается уйти от неё к другой. Никаких доказательств. Никаких разговоров между ними. Только её инстинкты.

Трев откинулся на спинку дивана, всем видом показывая, что слушает и не торопит. Шарлотта никогда не рассказывала об этом подробно – разве что на слушаниях в комиссии и тому подобном. Она тщательно подбирала слова, стараясь как можно быстрее изложить факты.