Секретные люди - Николай Свечин Страница 92

— Есть нужный человек, – обрадовал друга Алексей Николаевич. – Подполковник Анисимов. Он служил у Лебедева в Восьмом делопроизводстве Департамента полиции, а после мобилизации был зачислен в управление военных сообщений Северо-Западного фронта. Просился в строй, но ему отказали.

— Почему?

— Иван Федорович хороший аналитик, такие везде в цене.

— В изменники пойдет? – сразу вцепился барон.

— Прикажут – пойдет. Чин подходящий, и голова на месте.

Генерал-майор веселел на глазах:

— Северо-Западный, говоришь? То, что нужно! Как на заказ.

— В каком смысле? – не понял сначала Лыков, но быстро сообразил: – Ага! Будете готовить там липовое наступление? Анисимов ведь нужен для дезинформации. А настоящее где будет?

— Этого тебе, штафирка, знать не положено. Ты некорнетный…[116]

— Ишь возгордился, генералишка, – хмыкнул статский советник. – Вижу я, чего вы, корнетные, стоите. Польшу отдали, из Галиции драпанули… Если бы я так убийц ловил, как вы воюете, давно был бы исправником в Верхне-Колымске.

Барон глянул на друга трезвыми умными глазами:

— Пусть твой Анисимов приезжает ко мне в Могилев. Пропуск выпишут. Как его, Иван Федорович? Дело срочное, отлагательства не терпит.

— Виктор, я же ему не начальник. Вызывай ты, у тебя лампасы и должность при Ставке.

Таубе сам сообразил, что сказал, как выражались в гвардии, «гафф». И перевел разговор:

— Тогда думай, как его подвести к вербовщикам. Подполковник из штаба фронта – знатный карась. Допустим, он приезжает в Петроград по делам и начинает там кутить…

— Примитивно, – возразил Алексей Николаевич. – И потом, если им заинтересуются, станут наводить справки и выяснят, что он служил в Департаменте полиции. Это сразу отпугнет всех шпионов. Пожалуй, зря я вспомнил об Иване Федоровиче.

Но барон уже закусил удила:

— Ничего не зря. Вы на свои кадры в справочную книгу «Весь Петербург» данные не посылали. Как шпионы узнают?

— Начнут негласно расспрашивать, искать общих знакомых, и вскроется.

— А кем служил у Лебедева твой Анисимов?

— Чиновником для письма, – припомнил статский советник.

— И что, хвалился, что числится в таком департаменте?

— Нет, он вообще молчаливый. Даже… Ты, наверное, прав. Как-то раз Иван Федорович проговорился, что стесняется своего нынешнего статуса. Подполковник – и подрабатывает чиновником для письма за шестьдесят рублей в месяц. Трудно жить в столице на половинном жалованье, вот он и позарился. Но втайне от знакомых. Так что шпионам трудно будет выведать эту его сокрытую тайну.

На этом друзья расстались. Каково же было удивление статского советника, когда уже через неделю вечером к нему на квартиру явились Таубе с Анисимовым. Барон пояснил:

— Времени нет, надо спешить.

Подполковник, обтянутый ремнями, хохотнул:

— Это вы, Алексей Николаевич, сосватали меня в изменники? Вот спасибо!

— Да я, собственно, лишь высказал предположение… – начал извиняться перед гостем хозяин. Но быстро понял, что Анисимов доволен переменой в своей жизни. Он сел в гостиной, вынул папиросу и стал чертить ею в воздухе иероглифы:

— Вот жизнь начнется! Шантаны, кокотки, и все за казенный счет! Давненько я не был в первоклассном ресторане. Правду говорят, что там сухого закона не существует и вино льется рекой?

— Увы, правду.

— Отлично!