Пустота приходит не сразу - Евгения Горская Страница 93

— Ты предупредила Воронкина? — прошипел Герман.

Она боялась на него смотреть, посмотрела на Киру, потом в сторону.

— Даша, отвечать придется, — с жалостью объяснила Кира.

Девчонка молчала. Герман ждал.

— Не сейчас. — Он знал, что она заговорит. Говорила она хрипло, кашлянула. — Не вчера. Я ему позвонила, когда мама рассказала, что вы ее расспрашивали про бабкин телефон.

— Как его найти? — жена опередила Германа.

— У него телефон не отвечает. — Глаза у Даши наполнились слезами. — Я второй день ему звоню, недоступен.

— Где он живет? — Герман несильно стукнул кулаком по бетонной стене.

— Квартиру снимает. Где — я не знаю.

Она знала только, где жили родители одноклассника, когда они с Петром учились в школе. Герман записал адрес.

Кира смотрела на нее с жалостью. У него девчонка жалости не вызывала, вызывала отвращение.

— Ты дала Воронкину телефон Любови Ивановны?

Слезы потекли по щекам.

Она могла не отвечать, все было ясно без слов.

— Зачем, Даша? — с тоской спросила Кира.

Жена мешала. Без нее Герману было бы проще.

— Когда ты предлагала симку Глебу, назвала номер? — Смотреть в несчастные глаза было тошно, Герман посмотрел девчонке в лоб. — Он знал номер?

Она мелко закивала.

— Потом Глеб спросил у тебя, кому ты продала симку, правильно?

Она опять покивала.

— Что ты ему сказала?

— Сказала, что потеряла. — Девчонка достала из кармана джинсов бумажный платок, вытерла глаза.

На веках остался грязный след туши.

— Что было потом? Ты предупредила Воронкина?

Отвечать ей не хотелось. Глаза забегали.

— Ты сказала Воронкину про Глеба?

— Сказала, — она обреченно кивнула. — Но я не знаю, как Глеб его вычислил. Он не знал, кому я отдала симку.

— Что было потом?

— Ничего не было! Петька позвонил вечером, спросил, где ему найти Глеба. Хотел с ним поговорить. Но я Глеба в тот день не видела. Глеб был уже мертвый. Но я этого не знала.

Герман тронул Киру, потянул к лестнице.

Пока они спускались, в подъезде стояла тишина, только с улицы был слышен слабый шум города.

Звука захлопнувшейся двери не слышалось. То ли соседка Даша продолжала стоять на площадке, то ли закрыла дверь очень тихо.

* * *

Анастасии Павел позвонил, как только Константин вышел из кабинета.

— Здравствуйте, Павел, — тоскливо откликнулась она.

— Привет! Настя… — Павел почувствовал себя воспитателем в детском садике. Только детского сада ему не хватало вдобавок ко всем его проблемам. — Мне звонил Виктор Владимирович. Пожалуйста, напиши заявление на отпуск за свой счет.

— Зачем?

— Затем, чтобы у тебя было меньше проблем! — зло объяснил Павел. — Приезжай и напиши заявление!

Она молчала.

— Настя, ты меня слышишь?

— Я не хочу больше туда приезжать!

— Слушай! — Работать в детском садике ему решительно не нравилось. — У меня нет ни времени, ни желания тебя уговаривать! Не вынуждай меня самому к тебе ехать. Я обещал твоему дяде, а обещания я всегда выполняю. Во всяком случае, стараюсь выполнять.

Вообще-то он мог обойтись и без ее заявления, оформить все задним числом, но ему внезапно показалось важным выяснить, какого лешего она решила уволиться именно сейчас.

— Я приеду, — неохотно согласилась она. — Только вечером. Хорошо?

— Хорошо, — буркнул он.

Остаток дня оказался суматошный. Звонили потенциальные заказчики, что было отлично. Звонили заказчики действующие. Это тоже было неплохо, все работы выполнялись согласно графику.