Энчантра. Тринадцать клятв - Кейли Смит Страница 10

Женевьева инстинктивно перешла в невидимое состояние и нырнула в зелень. Она оказалась в одном из многочисленных извилистых коридоров лабиринта – лисица ускользнула вправо. Женевьева подобрала юбки и побежала следом.

К счастью, зверь, уводивший ее все глубже, начал замедлять шаг, думая, что находится в безопасности. К сожалению для него, невидимость позволяла довольно легко подкрасться сзади.

Материализовавшись, Женевьева схватила воровку за шкирку и подняла в воздух – та яростно извивалась, пока девушка пыталась вырвать из ее пасти черный конверт. Лисица только сильнее сжала челюсти.

Женевьева цокнула языком.

— Отдай!

Лисица издала низкий пронзительный звук, и проницательные золотые глаза уставились на Женевьеву слишком по-человечески.

— Не рычи на меня! Ты первая начала, – отчитала она бестию, продолжая вытягивать приглашение. – Если не отпустишь, мне придется…

Прежде чем она успела договорить, лиса и конверт испарились в густом черном дыму. Женевьева недоверчиво моргнула.

«Что, черт возьми, произошло?» – подумала она. Сердце колотилось, она медленно осмотрелась в поисках объяснений.

Пронзительный крик.

Ее взгляд метнулся к небу.

— Кыш! – крикнула она ворону, когда тот опустился слишком низко. С нее хватит. – Я приехала! Ты сделал свое дело! Так что убирайся к черту и…

Договорить она не успела – птица с глухим стуком упала на землю. Женевьева напряженно разглядывала ее набухшее брюхо.

Ягоды?..

— Это не к добру, – пробормотала она, чувствуя, как затуманивается зрение. Она попыталась отступить назад, чтобы покинуть лабиринт, но все вокруг закружилось, а ноги отказались слушаться.

Мгновение спустя мир исчез окончательно.

Что-то холодное и влажное коснулось лица Женевьевы, когда тени слегка отступили с края сознания. Щеку обдало частое, прерывистое дыхание – ее подняли с земли и прижали к чему-то твердому и теплому.

— Фэрроу? – пробормотала она, пытаясь открыть глаза и вырваться из рук. Но у нее не осталось сил бороться, и кто бы это ни был, он казался сильнее Фэрроу. Его запах… резкая мята, сдобренная чем-то сладким… Совсем не похоже на мускусный одеколон, которым обливался Фэрроу.

— Apuell abon, Umbra, – пробормотал глубокий незнакомый голос.

И каким-то непостижимым образом Женевьева ясно поняла, что он сказал. Хорошая девочка, Умбра.

Остальные слова разобрать не получилось – тени снова заполонили разум, и все звуки слились в один. Она в последний раз попыталась открыть глаза, чтобы разглядеть незнакомца, но увидела лишь короткую золотую вспышку, прежде чем тьма поглотила ее окончательно.

Кошмар всегда был один и тот же.

Он стоял над ней с зажженной спичкой, а она отчаянно пыталась исчезнуть.

— Ты демон. Жаль, что я тебя встретил. И сейчас ты сдохнешь в огне.

Очнувшись, Женевьева оказалась за воротами Энчантры, рядом со своими чемоданами, без единого воспоминания о случившемся и с горьким привкусом во рту.

4. Радушный прием

Женевьева со стоном села – холод пробирал до костей, и она поморщилась от ужасного привкуса на языке.

— Какого черта… – прошептала она, потирая пульсирующие виски.

Взглянув на ворота, она ничего не увидела, но интуиция подсказывала: что-то не так. Женевьева опустилась на колени и наклонилась вперед, прищурившись на странные ягоды, висящие возле прутьев.