Берсерка - Наталья Петренко Страница 104

Облачившаяся в чужие штаны и рубашку Торвейг для надежности завернула Ингвара в кусок парусины и принялась за трапезу. Свейн смотрел.

— Ты вообще откуда взялась?

Торвейг кивком головы указала себе за спину:

— Оттуда.

— А чего тебе надо?

— Эйольва, морского конунга.

Свейн поскреб в затылке:

— Так его нет здесь!

— Вот пусть твой хозяин мне его и сыщет. Тогда верну сына.

Закончив работу на кухне, Рансу получила еще еды. Торвейг все не было, и финка забеспокоилась. Не сильно, конечно: если юная берсерка получит тяжелую рану или погибнет, Рансу это почует загодя. Как? А как, например, перелетные птицы каждый год находят путь домой?

Рансу проверила свой узел, привязала к нему топор Торвейг, стащила все к дверям. Поклонилась в пояс доброй хозяйке, поблагодарила за приют.

— Смотри, девка, – Белуха Бот поджала губы, – тут такие страсти рассказывают!

— Какие же? – полюбопытствовала финка.

— Говорят, в городе оборотень! Чудовищный медведь! А как добежал до гавани, нырнул в море и стал акулой!

Финка не испугалась. Шагнула за порог и пропала в сумерках.

Торвейг сидела на своем парусе и никуда не торопилась. Как бы ни загулял купец Харри, на корабль он вернется. От выпитого вина клонило в сон, пару раз девушка чуть было не ткнулась рыжей головой себе в коленки, но вскидывалась и продолжала смотреть на Свейна, натянувшего на себя запасную одежду.

— Зачем тебе Эйольв?

— Хочу к нему на корабль.

Толстяк присвистнул. Эк куда хватила!

Харри заявился под утро. Не один, с работниками, все изрядно навеселе. Укрытый плащом Ингвар к тому времени заснул, Торвейг ослабила путы. Мальчику хотелось посмотреть, как отец будет убивать наглую чужачку, но сон его сморил.

Увидев сидящую на корме Торвейг, купец мгновенно протрезвел, а разглядев рядом с ее коленом русую головенку сына, пришел в ярость. Однако Харри хватило хладнокровия не хвататься за оружие. Метнув бешеный взгляд на Свейна, он обратился к берсерке:

— Чего тебе нужно?!

— Сведи меня с Эйольвом-сэконунгом. Знаешь его?

— Приходилось встречаться, – неопределенно ответил Харри. – Допустим, я его найду… и что дальше?

— Дальше я стану воином в его хирде.

— С каких это пор воины нападают на детей? – покривился купец.

В синих глазах Торвейг не было и тени смущения.

— С тех самых, когда за тобой гоняется полгорода. А один на один я никого не боюсь, купец. Поклянись жизнью своего сына, что отведешь меня к Эйольву, и я отпущу мальчика.

— Клянусь. Жизнью Ингвара.

Торвейг встала, отошла к борту. На берегу стояла Рансу и тревожно вглядывалась в темноту. Берсерка улыбнулась.

Убедившись, что сын цел и невредим, купец сменил гнев на милость. Завтра город наполнится самыми невероятными слухами, свидетели превращения Торвейг разнесут их по всем углам, как водится преукрасив. А девица, способная оборачиваться медведем, – вот она, на его корабле.

— Как вышло, что ты убила брата? Случайно, да? На охоте?

— Я его не убивала, – буркнула Торвейг. – Он сам чуть не убил моего второго брата.

Харри покрутил головой.

— Почему я должен тебе верить?

— Не должен, – вздохнула Торвейг. – На суде тоже все поверили Сигвату-ярлу и Мерет, его дочери.

— Сигват-ярл из Рогаланда?

Торвейг кивнула. Харри внезапно переменился в лице.

— Что ж… тогда тоже поклянись, что не причинишь вреда мне и моим людям, да и оставайся здесь гостьей. А завтра я отведу тебя к Эйольву. И, это… пообещай, что больше не будешь перекидываться.