Пленники белых ночей - Ирина Ширяева Страница 111

Митя, замирая, вопросительно задрал голову к куполу.

По сияющей небесной лазури мчались сахарные облака, словно белые кони победителей.

Триумфально грянули колокола.

Митя выбежал из собора.

Его ликование не было полным: отравляла тревога за Лизу и Костика.

Если уж так досталось величественному собору, то что говорить о маленькой яхте?! Ее наверняка выбросило назад в Неву. А может, и просто утопило.

Одни ворота, другие… Митя выскочил на прибрежную полосу.

И с радостью увидел, что ему навстречу несутся Лиза и Костик. Целые и невредимые!

Причем Лиза пребывала в такой эйфории, что бежала с распростертыми для объятий руками. Здорово! Митя в ответ тоже раскинул руки.

А что? Историческая же минута! Можно и обняться с неприступной смолянкой.

Однако Лиза в последний момент застеснялась, да и Митя сдулся. Ограничились пылкими рукопожатиями, буйными прыжками и победными воплями.

«Стива! – тут же вспомнил Митя. – Вот я дубина бессердечная!»

Он лихорадочно набрал номер. Стива не отвечал.

И еще раз. И еще.

Лиза сразу догадалась, кому он звонит. Она стояла, молитвенно сложив ладошки, и что-то шептала.

«Пусть он будет жив… – уловил Митя. – Ну, пожалуйста, пусть он будет жив!»

Митя набрал номер Анатоля и включил громкую связь.

— Стива в госпитале, – не дожидаясь вопроса, сказал Анатоль. – Множественные ранения. Но, доктор говорит, жить будет.

— Ура! – закричали друзья.

Колокола поддержали их радость веселым перезвоном.

Постояли молча, приходя в себя и как-то осмысливая изменившуюся действительность.

— Ты герой, – вдруг сказала Лиза, очень серьезно глядя Мите в лицо.

Парень скромно опустил глаза.

Ого! О такой минуте, наверное, мечтает каждый мужчина.

И Митя растворился в этой сладкой минуте, замер, наслаждаясь. Но тут же оборвал сам себя и честно определил:

— Да какой я герой! Вот Стива – настоящий герой!

— Ну, mon prince, ты совсем себя не ценишь, – покачал головой Костик. – Стива, безусловно, герой. Но без тебя мы бы не справились.

Да, Мите часто говорили, что он не в меру самокритичен. Но парень считал свою позицию единственно верной.

— Да что там ценить-то? – искренне засмеялся он. – Фиговый из меня профайлер. У меня же кругом провалы! Вот смотри, – он стал для наглядности загибать пальцы. – Во-первых, не удосужился восстановить тебе память. Ты практически все вспомнил сам. Во-вторых, не смог договориться с нечистью и склонить ее к миру. А было бы здорово! В-третьих… – парень выразительно покосился на Лизу. – И вообще…

— Ну ты и хватил, mon ami! – фыркнул Костик. – Договориться с нечистью! Это, по большому счету, еще никому не удавалось. А ты вообще первокурсник! Но хотя бы попытался…

— И профукал свой шанс, – Митя был к себе воистину беспощаден.

— Во-вторых, – не унимался Костик, – так или иначе, но все-таки это ты помог мне все вспомнить. А без тебя у меня ничего не получалось! Ну а в-третьих… – Митя понял, что, если бы у Костика были глаза, он в этот момент скосил бы их в сторону Лизы. – Насчет «вообще» еще ничего не известно!

Митя смущенно улыбнулся и поспешил увести разговор от трепетной темы.

— А знаешь, какой плюс в моем самоедстве? – спросил он.

— Ну-ка, ну-ка…

— Я полагаю… если я не ценю какие-то свои достижения… ну о которых мне иногда говорят, что они все-таки есть… значит, я жду от себя чего-то большего! – заявил Митя, стараясь замаскировать свой отважный замах изрядной долей самоиронии.