Сияние вечного пламени - Пенн Коул Страница 116

Эмонн протянул мне руку и повел к столу:

— Элли сказала, что пригласила тебя. Я занял это место в надежде, что ты к нам присоединишься.

Я замерла. Стул рядом с местом Эмонна окружали незнакомые лица. Я останусь без союзников, которые спасли бы меня, прими беседа скверный оборот. Лишь Элинор оказалась достаточно близко, чтобы разговаривать, но без намека на секретность. Таран и Аликс сидели дальше – тоже в пределах слышимости, но слишком далеко для удобного общения; Лютер – еще дальше.

Мы снова переглянулись. Его взгляд не стал менее страстным, но в нем появилась настороженность, а черты лица заострились. Мышцы у челюсти Лютера дрожали, когда он смотрел, как Эмонн приникает к моему уху.

— Боюсь, твой наставник сегодня выбрал себе другую компанию, – прошептал Эмонн.

И действительно, рядом с Лютером сидела Элеана, ожидаемо прекрасная. Золотые кудри Элеана подняла в высокую прическу; ее аппетитная грудь вываливалась из шафранового корсета, пронизанного переплетающимися черными побегами. Оторвавшись от разговора с Аликс, Элеана перехватила мой взгляд. Ее губы, полные, подкрашенные кроваво-красным, изогнулись в довольной улыбке, когда она взяла Лютера за руку и переплела их пальцы.

Меня словно в живот клинком пырнули. Снова и снова я напоминала себе, что я помолвлена и из-за Лютера расстраиваться не вправе. Но как бы я ни старалась, горло продолжало болезненно сжиматься.

Повернувшись к Эмонну, я равнодушно пожала плечами.

Ледяной тон удалось изобразить без особых стараний.

— Я думала, Элеана не из Корбуа.

— Не из Корбуа, – подтвердил Эмонн. – Ее наверняка пригласил Лютер.

Нож вонзился мне в живот еще глубже.

Эмонн тяжело вздохнул:

— Как по мне, приводить чужачку на семейный ужин грубо, но Лютер всегда считал, что его правила не касаются.

Эмонн жестом подозвал слугу, и в руке у меня появился широкий бокал с игристым. В последний раз позволив себе вино Потомков, я выболтала свой самый опасный секрет, но сейчас я мучилась раздражением и ревностью, а голова еще кружилась от виски, так что о здравомыслии речь не шла.

— Дием! – радостно позвала Элинор.

Она бросилась ко мне и зажала мои ладони в своих:

— Выглядишь потрясающе! Я думала, мне придется подкупить тебя, чтобы уговорить надеть это платье.

— Надеюсь, оно чуть менее сенсационно, чем последнее, что я выбрала, – с улыбкой отозвалась я.

Озорно улыбаясь, Элинор оглядела меня с ног до головы:

— Ну, оно, конечно же, сенсационно.

Я погладила ее темно-индиговое, до самого пола, платье, восторгаясь спиральными вырезами на лифе и по подолу, – там обнаженную кожу маскировали искры магического света.

— Элинор, ты великолепна! Такой благородный цвет платья. – Я подмигнула. – Идеальный для королевского советника.

Она легонько сжала мне руку:

— Я очень рада, что ты пришла. Могу переставить твой стул, если хочешь сесть рядом с… – Элинор понизила голос, глянув через плечо.

Я старалась не смотреть в ту сторону, но вино уже мешало делать правильный выбор.

Лютер повернулся к Элеане. Их пальцы больше не переплетались, но одной рукой красавица накрыла Лютеру бедро, другой играла с его волосами и смеялась так, будто смешнее его слов ничего в жизни не слышала.

— Мне и здесь неплохо, – выпалила я.

Элинор нахмурилась:

— Не думаю, что он впрямь…