Ворон из рая - Тисато Абэ Страница 14

«Это вообще японский?»

Хадзимэ показалось, что где-то он уже слышал эту речь, и тут в темноте вспыхнул свет. Мужчину ослепило, и он невольно зажмурился. Когда резко открылась крышка ящика, кто-то словно удивленно вздохнул.

Хадзимэ с трудом разлепил глаза, несколько раз проморгался, и понемногу зрение восстановилось. Внутрь заглядывал мужчина средних лет. Он растерянно приоткрыл рот, и некоторое время они молча смотрели друг на друга. Воцарилась неловкая тишина.

— Э-э… – вполголоса произнес Хадзимэ, не выдержав молчания, несмотря на предупреждение не начинать разговор первым, и поднял руку.

Тут же лицо незнакомца исказила страшная гримаса, и он задрожал, напугав Хадзимэ. Затем человек перед ним пронзительно завопил. Издав невнятный возглас и с диким акцентом продолжая выкрикивать что-то скороговоркой, он попятился, словно собираясь сбежать.

— Ну теперь-то незачем прятаться…

Хадзимэ медленно выпрямился и, посмотрев вокруг, запнулся. Он находился в гигантском зале. Похоже, стены были каменными, а огромные, окрашенные красным створки ворот и балки – деревянными, с металлическими украшениями и заклепками. И судя по всему, Хадзимэ все-таки приехал сюда на вагонетке: оглянувшись, он увидел, что рельсы внизу тянулись за красные ворота, в громадную пещеру, словно высеченную в скале. Потолок казался неестественно высоким, притом люминесцентных ламп не было. Вместо них в подвешенных фонарях дрожал холодный свет, не то электрический, не то от огня.

На первый взгляд место напоминало зал Большого Будды[16] в Наре, увиденный им когда-то давно. Только вместо статуи мудрейшего возвышалась гора нагроможденных друг на друга деревянных ящиков, а вместо туристов толпились мужчины в непривычных кимоно. Одеты они были весьма вычурно, такое увидишь разве что в исторических дорамах. Кажется, это называлось каригину или суйкан[17]. Чем они между собой отличаются, Хадзимэ не знал, но вроде в такую одежду облачается священник в синтоистском храме, когда совершает обряд очищения. Почти все мужчины носили кимоно голубого цвета, единицы – зеленого и алого.

Пока тот, кто открыл ящик с Хадзимэ, обливаясь холодным потом и показывая пальцем на пришельца, отступал и непрерывно тараторил свою почти понятную, но неразборчивую скороговорку, смятение мало-помалу охватывало все вокруг. Мужчины, с подозрением оборачиваясь на вопли товарища, наконец замечали Хадзимэ, все как один бледнели и таращили глаза, будто увидели привидение. Его даже немного развеселило то, как одинаково они изменились в лице, однако ему самому не давал покоя вопрос немного другого толка.

«Что это за место?»

Хорошо, допустим, существовал рудник, самовольно вырытый какими-то личностями вне закона. И все же атмосфера здесь уж слишком странная.

— Ты что здесь делаешь?

Впервые с ним заговорили на понятном японском. Он заметил, что возле вагонетки стоит невысокий мужчина в черной, похожей на птичью маске и, мелко дрожа, указывает на него.

— Ну вообще мне сказали, чтобы я залез сюда.

— Кто сказал?

— Не знаю. Она себя призраком называла. Не из ваших?

Незнакомец на мгновение онемел и вдруг, придя в себя, закричал:

— Зовите Большого Тэнгу![18]

Мужчина в такой же маске за его спиной в ужасе бросился назад, к моторной части вагонетки.