Вечная погибель - Тигест Гирма Страница 142

— Мне грустно. Это странно? – спросил Тадж.

Сузеньос положил руку ему на плечо.

— Нет. Я тоже этого не хотел. Она – часть Нефрази.

Тадж вздохнул.

— Кроме того, что найти без нее убежище Нефрази будет практически невозможно.

Он это понимал. Без поддержки Арин его люди вряд ли захотят его слушать.

И Арин понадобится, если он надеется когда-нибудь победить Лусидио. И найти мечи.

— Как Джун? – спросил Сузеньос, раскладывая ветки, чтобы спрятать камни.

— Хм, интересно.

Голос Таджа изменился, и Сузеньос замер. Его друг отводил глаза всякий раз, когда что-то скрывал.

— Что ты выяснил?

— Кажется, Джун читала «Йе Абисси Тарик».

Сузеньос замер на полуслове и покачал головой.

— Читала? Не может такого быть.

Тадж бросил на него серьезный взгляд – достаточно редкий, чтобы привлечь внимание Сузеньоса.

— Я тоже так думал, Йос. Книга написана на стольких языках, что даже я не смог прочитать огромные главы. Но клянусь, Йос, она умница. Может назвать любое растение и умеет готовить редкие снадобья. И кажется, знает о метках принуждения, – тихо добавил он.

Сузеньос уронил листья. Тадж не улыбался, и все вокруг слегка потемнело. Тучи набухли, и редкое щебетание птиц окончательно стихло.

— Я показал ей свои шрамы, Йос, и она посмотрела на меня со… страхом. Будто знала, что со мной сделали. С нами.

Сузеньос сжал зубы. Три шрама на пояснице обдало новым жаром.

Необходимость следовать приказу и проклятие умереть, как только они произнесут его вслух.

Эта тайна много лет связывала их троих. Знание, которое не должно открыться ни единой иной душе. Тем более Джун, человеческой девушке.

— А еще Уорд, – продолжил Тадж. – Он всегда следует за ней по пятам.

Сузеньос тоже это заметил. После пыток Лусидио Уорд Уэсфин не произнес ни слова. Но и прежде был мот зебеей, кроткой душой, к которой всегда относились предвзято из-за гигантского размера. Он кланялся каждый раз, когда Сузеньос проходил мимо, но насколько он предан – неизвестно.

— Продолжай следить за ней, – сказал Сузеньос, чувствуя, как по шее бегут мурашки. – Разузнай наверняка.

Тадж кивнул и бросил ветку.

Когда они почти закончили, Сузеньос отправился на поиски Кидан.

Она сидела у ручья, умывая лицо и споласкивая шею.

Ее окутало послеполуденное солнце, подсветив темную кожу и затуманив полный решимости взгляд. Она больше не плакала.

Инико беззвучно появилась у него за спиной – не считая шелеста листьев.

— Пойду, помогу Таджу.

Сузеньос на мгновение замешкался, сделал еще один глоток воздуха, свободного от опьяняющей крови Кидан, и двинулся дальше. Он наступил на ветку, и она настороженно вскинула голову.

Они посмотрели друг на друга в тишине и покое.

— Я знаю, – мягко сказала она, и в чуть покрасневших глазах засияла новая решимость. – Знаю, зачем тебе маска. Теперь я поняла.

— Что ты знаешь?

Рядом неторопливо журчал ручей – единственный звук в лесной чащобе.

Кидан на мгновение замешкалась, а потом встала.

— Артефакты разрушат Три Запрета, но это не все, верно? Тот, кто уничтожит артефакты, обретет силу Мудреца.

У Сузеньоса загудело в ушах. Он услышал эти слова столетия назад и стал их рабом. Да, именно поэтому Сузеньос рисковал всем и всеми в погоне за артефактами.

Этой правдой он не делился никогда – она была не только опасной, но и проклятой.