Избранница Смерти - Ребекка Хумперт Страница 183

Прислонившись к воротам кладбища и скрестив руки на груди, там стоял Нан. В черной рубашке с длинными рукавами, темных брюках, солнцезащитных очках и с улыбкой, которой мне так не хватало. Не веря своим глазам, я на него уставилась.

Наконец я взяла себя в руки и снова повернулась к офренде, которую приводила в порядок.

— Посмотрите-ка, кто это воскрес из мертвых.

Я сама удивилась, насколько спокойно звучал мой голос, как мало он говорил о буре, которая бушевала у меня в груди.

— Ты по мне скучала? – поинтересовался бог.

Каждый день.

И каждую ночь.

— Нет.

Мне удивительно легко удалось не выдать правду.

— Но Ли по тебе скучал.

Нан рассмеялся:

— Врать ты так и не научилась.

Я встала и повернулась к нему. Нерешительно. Осторожно.

Пыталась найти слова для приветствия, но не находила их. Потому что не ожидала, что снова его увижу.

— Полагаю, ты был чем-то занят, – наконец произнесла я.

Бог приблизился к офрендам.

— Можно и так сказать.

Я открыла рот, чтобы ответить, но потом опять его закрыла и пошла к воротам кладбища, даже не взглянув на него. Я не знала, почему я так поступаю. Нет, я это знала.

Причиной был страх. Страх снова потерять себя с ним. Страх, что снова придется его отпустить. Чем меньше мы будем говорить друг с другом, тем легче будет это сделать. Но только я коснулась ворот, как почувствовала, что он подошел сзади.

— Кое-кто очень хотел тебя увидеть.

Обернувшись, я обнаружила окруженного мягким голубоватым сиянием белоснежного зайчика, которого Нан прижимал к груди. Какое-то мгновение я уставилась на него, вспоминая имя.

— Луна?

Зверек шевельнул ушами, будто меня понял. Я улыбнулась. Когда я взяла зайчиху из рук Нана, наши пальцы соприкоснулись. И я растерянно замерла.

Его кожа была теплой, слишком теплой.

Я начала пятиться, пока спиной не уперлась в кладбищенские ворота, и уставилась на него. Тем временем зайчиха перебралась у меня с руки на плечо. Я переводила глаза с рук Нана на его лицо и обратно.

— Ты… ты стал смертным?

Он молчал и разглядывал меня, а я пыталась сложить кусочки головоломки. Пуэбло выжило, так что это не могло быть причиной. Ли стал смертным, потому что он пожертвовал своим бессмертием, смешанным с остатками своей человеческой тоналли, ради моей жизни. Я погладила Луну. И от прикосновения к мягкому меху у меня в памяти что-то прояснилось. И я вспомнила слова целительницы.

Божественная тоналли может отделить бессмертие от бога, чтобы передать его мертвому, который отныне должен взять на себя роль бога вместо него.

— Кому ты передал свое бессмертие?

Вопрос так и остался висеть в воздухе. Вместо ответа Нан посмотрел куда-то в сторону. Я проследила за его взглядом – он смотрел на самую великолепную из всех офренд. Ее украшала скульптура, которую он подарил мне почти год назад. На офренду Марисоль.

Я невольно замотала головой. Это невозможно.

— Ты – бог Смерти, – наконец произнесла я. – Ты… ты не можешь… Я имею в виду, что ведь должен существовать бог Смерти. Ты ведь единственный бог, которому не нужны жертвоприношения.

Нан подошел на шаг ближе.

— Я не говорил, что этого бога больше нет.

Его слова все больше и больше сбивали меня с толку, я не могла их понять.

— Где она? – Голос у меня сорвался. – Где Марисоль? Она… она снова жива?