Разъяренный дракон - Цинхань Цэцэ Страница 218

Но здесь был Бохайский залив. Осенний ночной ветер врывался под ее тонкую одежду. Холод не пронизывал до костей, но покрывал сердце ледяной коркой.

Выбрав направление и закрепив парус, А-Нань, обессиленная, легла на дно лодки и, глядя на усыпанное звездами небо, начала вспоминать те дни, что провела с Господином, капля за каплей доставая из памяти все, что было.

С пяти лет она, не зная усталости, делала все ради Господина, была на его стороне во начинаниях. Вся Поднебесная знала о ее преклонении перед ним. Она постоянно старалась быть рядом с ним, он не выходил из ее мыслей, но в реальности она никогда не знала наверняка, что на самом деле думал Господин, чего он хотел. Она никогда не получала желаемого, прямо как в этот раз.

Бохайский залив невелик, ветер мощно раздувал парус ее лодки, и, когда луна склонилась к западу, впереди уже показался берег. А-Нань решительно отбросила все терзающие ее мысли и сказала себе: «Ну и что с того?»

Ей покорялись моря, так неужели она побоится терновника под ногами? Просто сейчас нужно немного времени, чтобы унять боль и горечь в сердце. И, конечно, ей нужно вырвать с корнем все эти колючие кустарники.

А-Нань не верила, что Господин способен забыть о народе, о котором так заботился раньше, не верила, что ради мести он готов пожертвовать миллионами людей. Ее целью был тот, кто втихую плел интриги, кто стоял за катастрофами вместе с Зеленым лотосом.

Девушка встала в лодке и подняла голову, вглядываясь вперед. Сияла луна, волны, одна за другой накатывающие на стены пагоды Пэнлай, сверкали под луной. На стенах, высившихся вдоль побережья, горели фонари. Синее фосфоресцирующее свечение волн смешивалось с их огнем, превращаясь в ослепительную, сказочную пелену.

В этом ярком свете А-Нань сразу увидела фигуру, стоящую на городской башне. Мерцающие огни отражались в море, и казалось, что пламя пылало на воде и под водой, обнимая лодку и озаряя Чжу Юйхэна, смотрящего на нее со стен пагоды Пэнлай. Лодка девушки медленно приближалась к берегу, а юноша быстро спускался со стены. Когда она причалила, путь осветили буйные огни, завораживающей дорожкой протянувшись к ступеням, по которым спускался А-Янь.

А-Нань так долго плыла в темном, холодном море, а Чжу Юйхэн встретил ее теплом и светом. Сердце девушки дрогнуло от чувства, которое она не могла описать словами, глаза защипало, но на лице тут же расцвела улыбка. Не колеблясь, она спрыгнула с лодки и быстрым шагом направилась к нему:

— А-Янь? Ты как здесь оказался?

Уже почти рассвело. Неужели он прождал ее здесь всю ночь?

Чжу Юйхэн стоял перед ней, но отвернулся, глядя на море.

— Как раз нужно было кое-что уладить, – голос его звучал ровно.

Все та же строгая осанка, то же спокойное лицо. Огни вокруг бросали на его щеки теплые красноватые блики, отчего напускное спокойствие, казалось, исчезло без следа. Даже в подавленном настроении А-Нань не могла не улыбнуться, глядя на него:

— Не верю. Что тебе понадобилось улаживать среди ночи?

Он смотрел на нее и думал: «А сама-то ты как считаешь?»

Она исчезла с постоялого двора, на окрестных дорогах не нашли никаких следов. Он понял – она ушла в море.

Наверняка на тот остров, где остановился Чжу Синхэ. Причина, должно быть, в том, что она, выведав у него обстановку, решила вернуться к своему Господину обсудить сотрудничество с двором. Он прождал полночи, а она все не появлялась на горизонте. Тогда он уже принял решение.