Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута Страница 234

Защитники подключатся, и наши, и международные. Про права вспомнят. Свободы.

Только что-то они о них не помнили, когда людей десятками изводили. И с этим тоже надо будет что-то делать. Компенсации… а за чей счет? Ладно, на компенсации можно будет имущество конфискованное пустить. Но аресты накладывать сразу и на все, а то окажется, что это не заговорщиков, а людей совершенно посторонних.

В общем, чистить эти конюшни и чистить…

Может, ну его? И вправду крылами да огнем… Небось драконы конвенций о правах не подписывали. Или…

К женским голосам присоединился мужской. И такой тягуче-бархатный, что по спине мурашки пробрали. А что поет, не понять. Что-то оперное, душевное, но гляди ж ты, вписывается в общую канву.

— Ален, а Ален… – Аленка пристроила голову на плечо. – Тут… если казни будут массовые…

— Переживем. Апокалипсис пережили. И казни тоже. Но лучше на каторгу.

— Может, и лучше, но сильного мага там попробуй удержи.

— То, что дадено, и забрать можно. – Аленка скрестила ноги. – Когда-то давно, как матушка сказывала, люди были слабы и беззащитны пред иными… живыми. А мир – полон опасностей. И тогда Творец наделил их даром, чтоб старшие дети не обидели младших.

— А младшие выросли и…

Не стало на земле иных. Хотя…

Эльфы есть. Сидят у костра вперемешку с гвардейцами, слушают, иные переговариваются, передавая из рук в руки флягу. Главное, чтоб самогон был нормальным, без конопли.

Водяницы кружатся.

Пылают костры…

— Мир идет своим путем. – Аленка жмурилась, и рыжие искры костра сплетались короной над ее головой. – А что до дара… Когда он во зло, тогда да, мир позволит и забрать. Но мне все одно глядеть надо будет. Суд судом, а душа душой. И не все черны настолько, чтоб я рискнула вмешаться.

— Поглядишь. – О такой ерунде Александр с женой спорить не станет.

И вовсе не станет.

— Там это… – рядом возник Черноморенко, – матушка ваша прибыла.

Вот и конец отпуска.

— И где?

— Так там. Она с этою… которая дама…

— Статс-дамой?

— Во-во… по душу министра. Помоги ему Господь…

Поскольку не так давно Александр министра видел – того увлек хоровод водяниц, – то к пожеланию присоединился. Министр, может, и загулял слегка, так оно от избытка впечатлений. В отпуске опять же человек давно не был. Вечно проблемы, ситуации.

Да и ничего-то такого он не делал. Так, хоровод поводил…

— Только, кажись, девицы и ее того… в смысле, в хоровод. И матушку вашу, и князя…

М-да, пожалуй, остается лишь порадоваться, что водяницам не нужна власть. Этот переворот мог бы и получиться…

— Идем? – Аленка встала и потянула за руку. – Нельзя пропускать летний хоровод…

Нельзя так нельзя…

И пальцы сами нашли чью-то руку, чуть влажноватую и пахнущую свежим ручьем. Раздался смех, снова потянулась оборвавшаяся было песня, а там закружило, застучала в висках кровь. И тональность изменилась.

Будто быстро.

Быстрее. Еще быстрее…

— Снимай, Криворученко! Снимай, мать твою…

— Юлька, – Юлиану выдернули, – хватит уже! Пошли…

Силищи у него немеряно, хотя за руку держит осторожно, бережно даже. А и вправду, сколько можно. Она ведь тоже имеет право отдохнуть.

Просто отдохнуть.

— Ань, а ты пойдешь?

— Танцевать? – Анна обернулась.

— И танцевать… Но так-то замуж.

Вот… не мог предупредить. Она бы съемку сделала. Анна оглянулась, но Юлиану не нашла, а потом подумала, что и к лучшему. Почему-то это выкладывать не хотелось.