Светопад. Пепел бессмертного - Эд Крокер Страница 26

Я улыбаюсь. Это наша обычная игра, мы играем в нее уже сто пятьдесят лет.

— Потому что ты, Джейкоб, все это любишь. Даже больше, чем вино, хотя вряд ли в этом признаешься. Тебе нравится знать, что было раньше. Ты испытываешь то же чувство, что и я: потребность в чем-то большем и необходимость знать наверняка, что это большее существует.

Джейкоб усмехается:

— Не хотел получить банальный ответ, и все же я его принимаю. При этом считаю своим долгом отметить: после нашествия серых у нас не особо получается обнаружить или узнать что-то стоящее. Трудновато выполнять работу без возможности выехать за пределы Пустынных земель.

— Если только моя теория не верна.

Джейкоб морщится:

— Этого мы не узнаем никогда, потому что мне важно, чтобы мое тело оставалось живым, и чтобы никакие пули серых в него не попали. В этом отношении я весьма щепетилен – факт, известный всем. – Он зевает. – И почему ассасины всегда нападают посреди ночи? По мне, так это просто невежливо.

Я собираюсь попросить его поразмыслить над своим последним утверждением, но нас прерывают: в ведущую в надземный храм дверь с опаской заглядывает один из братьев.

— Все в порядке, брат Финли, – улыбаюсь я и киваю в сторону люка. – Наш последний посетитель в виде кучи мелких фрагментов лежит сейчас на расстоянии многих футов под нами. Что со стражами?

— Только ушибы, первый брат. В основном пострадало их эго.

— Ясно. Спасибо пяти видам магии.

Я смотрю на брата Финли, долговязого и нескладного. Лицо закрывает светло-зеленый капюшон, пристегнутый к плащу без каких-либо орнаментов и знаков, которыми обычно украшают свои одеяния представители других сект. В секте «Гуманис» не принято выставлять символы квантасов на всеобщее обозрение. Мы не видим причин рекламировать вид магии, который не принес нам пользы и не дал даже минимума этой самой магии.

Брата явно что-то сильно тревожит, – никакой капюшон не утаит этого от меня.

— Микаэль, кажется? По-моему, официально нас еще не представляли друг другу.

— Так и есть, первый брат.

— Лучше – Мудрец. Думаю, пока можно обойтись без формальностей, учитывая, какой сегодня день. Сколько лет ты с нами?

— Примерно десять.

Я погружаюсь в недолгие размышления. Наверное, стоило найти время и познакомиться с ним чуточку раньше. Десять лет – небольшой срок, если основанной тобой сектантской общине уже полтора века, но установление контактов с людьми, пожалуй, не стоит оставлять до покушений на убийство.

— Сколько ассасинов засылали к нам за это время?

— Кажется, десять, первый… то есть Мудрец. По одному в год.

— Видя, как много окружающих жаждут нашей смерти, жалеешь ли ты о своем выборе? Жалеешь, что пришел в секту?

Микаэль на миг задумывается.

— Нет. Завидное постоянство, с которым мы расправляемся с ними, убеждает меня, что я сделал правильный выбор.

Просияв улыбкой, я поворачиваюсь к Джейкобу:

— Только посмотри, какие смышленые у тебя новички.

— Еще бы. – Джейкоб подмигивает Микаэлю. – Если они способны держать бокал, то и в остальном не уступят.

— Э-э-э… если позволите… – Микаэль протягивает небольшой лист пергамента. – Новость из Первого Света.

Я вскидываю бровь:

— Не напрямую, полагаю?

— Нет. Доставлена в Люц посредством нейраса из Первого Света прямиком в мозг архимага, который затем через своего нейраса передал это прямо в мой мозг. Не знаю, почему эти сведения получил я, а не вы лично… Думаю, причина ошибки – спешка. Я успел все записать до того, как сообщение исчезло у меня из памяти.