Тысячи Осеней. Том 2 - Мэн Сиши Страница 292

Бывает так, что людям не суждено стать друзьями, но ведут они себя столь безукоризненно, что даже врагам не в чем их упрекнуть. Таков был Шэнь Цяо.

Поэтому Дуань Вэньян промолчал. Проводив взглядом даоса и Юй Шэнъяня, пока те не скрылись вдали, он развернулся и направился на вершину.

Сам Юй Шэнъянь же мигом забыл про Дуань Вэньяна. Он следовал по пятам за Шэнь Цяо, и так они шли, пока не добрались до усадьбы Чистой Луны.

В усадьбе все ждали главу Яня с победой. Управляющий вне себя от радости вышел встречать господина, но тут же перепугался не на шутку: он никогда не видел хозяина на пороге смерти.

Собравшись с духом, Юй Шэнъянь коснулся руки учителя и обмер:

— П-п-почему он такой холодный?!

— Он очень тяжело ранен, – пояснил Шэнь Цяо. – Я напишу состав снадобья. Немедленно приготовь три меры лекарства: томить его надобно на медленном огне, выпаривая воду, пока из четырех чаш не останется одна. Принимать нужно два раза в день.

Юй Шэнъянь тут же заверил его, что все исполнит. Он не сомневался, что многовековое наследие школы Сюаньду включает тайные снадобья такой целебной силы, что подобных чудотворных средств не сыскать и у придворных лекарей.

Шэнь Цяо отнес главу Яня в комнату, осторожно уложил в постель, еще раз пощупал пульс, написал состав, а затем напоил его готовым отваром – все сам, не прибегая ни к чьей помощи.

Было ли дело в снадобье или в той ступени совершенствования, которой достиг Янь Уши, но на третий день Демонический Владыка наконец очнулся.

— Учитель! – радостно воскликнул Юй Шэнъянь, вошедший с чашкой дымящегося отвара в руках.

Его голос заодно разбудил и Шэнь Цяо: тот от усталости уснул у постели больного, подперев голову рукой.

Открыв глаза, Янь Уши увидел ученика: тот собирался усадить его и напоить лекарством.

— Ступай, – велел он.

— Э-э… – Юй Шэнъянь быстро покосился на Шэнь Цяо.

Тот кивнул:

— Иди, я сам.

Юй Шэнъянь снова посмотрел на учителя.

С самого пробуждения тот, можно сказать, глаз не сводил глаз с даоса – ученика же не удостоил ни единого взгляда.

Юй Шэнъянь вдруг почувствовал себя былинкой – ничтожная и никому не нужная, прозябаяет она в жестоком ненастье… Разочарованный, он передал чашку Шэнь Цяо и молча удалился.

Но даос не заметил расстройства юноши: зачерпнув ложку отвара, он поднес ее к губам Янь Уши. За последние три дня движение стало для него привычным.

— Как вы себя чувствуете? – спросил Шэнь Цяо.

— Терпимо, – ленивым голосом отозвался Янь Уши. С виду он ничуть не походил на больного, только с лица еще не сошла бледность.

— Ваше сердцебиение постепенно выравнивается, – сообщил Шэнь Цяо, – но остается слабым. Нужно продолжать лечение, и мало-помалу все восстановится. Похоже, изъян в Демоническом сердце и вправду уже устранен, иначе…

Он покачал головой и не договорил.

Иначе живым с пика Полушага, вероятнее всего, спустился бы Хулугу, а не Янь Уши.

Двадцать лет назад в ожесточенном бою Хулугу лишь немногим уступил Ци Фэнгэ, и за истекшее время мощь его только возросла. Янь Уши неимоверно рисковал, вступая с ним в поединок. Пускай в последний миг он обнаружил уязвимость противника, перед Хулугу у него не было преимуществ: по мастерству и запасу внутренней силы они были примерно равны. После боя малейшее промедление могло стать для главы Яня роковым. Не отправься даос к нему на помощь прямиком через пропасть… Янь Уши бы сейчас здесь не было.