Скромница и Сердцеед - Лана Ежова Страница 38

Я пожала руку ушлому магу, который, несмотря на рисковые, часто незаконные эксперименты, устроился работать в столь серьезную организацию, и перевела подчеркнуто печальный взгляд на целителя. Ну же, осознай, какая я уставшая, испуганная после парка… и посочувствуй! Подставил со своими дифирамбами – помогай выбраться!

— Элис… – Целитель взволнованно сжал черную футболку, которую держал в руках. – Вы ведь не сильно устали? Такой стресс пережили…

— Девушка держится отменно, а вопросов немного. Собственно, он один, остальное – детали, – жестко отрезал Маевский. – После нападения в парке Денис Агапьев стал магом. И это не активация спящего дара. Согласно ранним тестам, у него нулевые способности. Итак, Элис, что вы с ним сделали?

Вот же я попала…

— Я сделала? – переспросила растерянно, решив потянуть время и придумать, как избежать допроса и возможного копания в моей биографии.

Маевский поджал губы от недовольства.

— Вы, Элис, последний человек, с которым контактировал Агапьев перед смертью.

— Да как я могла что-либо сделать? – Я добавила в голос побольше растерянности. – Я ведь не Создатель, чтобы наделять кого-то магией! Ох… Неужели вы решили, что я провела какой-то запрещенный ритуал?..

— Не защищайтесь, Элис, я вас ни в чем не обвиняю, – резко произнес Маевский.

Мне тотчас захотелось возразить, что защищаться надо всегда, иначе сожрут. Такие, как он, и сожрут.

Маг поменял тактику и уже без давления, просительно произнес:

— Мне необходимо понять, что стало толчком для столь редкого феномена, я о таком лишь читал. Агапьев умирал, вы поддержали в нем искру жизни до появления скорой помощи. Что использовали для этого?

Я пожала плечами. Врать нельзя. Никогда не знаешь, использует ли собеседник артефакт правды и насколько он силен. Себе я не льщу: вру плохо, обойти амулет не смогу.

— У меня есть стандартный набор артефактов, в него входит также и для исцеления.

Не солгала, но направление задала неверное. Пусть думает на амулет.

Маевский протянул руку.

— Я могу посмотреть на ваши артефакты?

И взгляд такой требовательный, что просьбой здесь и не пахнет.

Я захлопала ресницами.

— Ага, сначала посмотреть, пощупать, затем экспроприировать для тестов, а мне потом новый комплект покупать! Не дам без официального запроса. Как говорят дети, в чужих руках теряет блеск.

Целитель от удивления издал смешок, больше похожий на кряканье гундосой утки. Кстати, а у птиц бывает насморк? Так, не о том думаю.

— И вообще, почему сразу я виновата? Там еще нападавший был! Проверяйте его!

— Элис, я вас ни в чем не обвиняю, – терпеливо, но уже сквозь зубы произнес Маевский. – Если благодаря вам пробудился дар в пустом человеке, вы прославитесь, станете героиней для всей Земли!

Угу, только посмертно. Пастор обещал вырезать своему самому «любимому» цветочку сердце, когда найдет. Но прежде сделать такое, что мне и самой жить не захочется…

Да и в чем будет заключаться героизм? В том, что стану подопытной мышкой в лаборатории Маевского? И уж конечно, вся слава достанется ему.

Спасибо, мне такого добра и даром не надо.

— Элис, давайте разберемся вместе, что произошло с Агапьевым?

— Вы меня не слышали? Почему считаете, что это случилось из-за меня? Нападавшего на Дениса вы уже нашли? О, а это мне?