Немезида ночного ангела - Брент Уикс Страница 382

Так из проблемы цель превращается в головную боль. Возможно, она убьет кого-то из людей заказчика. Вместо того чтобы избавиться от источника неприятностей, он получит еще больше неприятностей. Впустую потратив время и деньги, он все равно обратится к кому-то вроде меня – а цена на мои услуги зависит от сложности работы, которую дилетанты только что усложнили.

Далее я мастерски выполню этот заказ, невзирая на трудности.

В следующий раз заказчик сразу же придет ко мне, даже с простыми проблемами, потому что теперь он уверен – головной болью они уже не станут.

Такие заказы – хлеб насущный для начинающих мокрушников. Дарзо Блинт был исключительным среди исключительных. Другие мокрушники передавали ему заказы, к которым сами не желали притрагиваться… правда, только после того, как проверили заказчика, которого к нему отправили. Никто не хотел оказаться тем несчастным, что подослал к Дарзо подсадную утку короля.

Какие бы деньги ему ни предлагали, Дарзо часто отказывался от заказов, которые были ему неинтересны. За год он мог выйти на дело всего пару раз – если задание понравилось или Мамочка К попросила.

Но я оставил тот мир в прошлом.

Хотя, наверное, не совсем в прошлом.

Сейчас передо мной стоит задача посложнее. Случайный грабеж, завершившийся убийством, здесь не подойдет, ведь мы на корабле, все пассажиры которого – богачи или доверенные слуги богачей. Здесь никто не станет убивать человека ради горстки монет в кошельке.

Может быть, подстроить неудавшийся налет на каюту? Вполне можно представить себе взломщика, который залез в покои богатой дворянки, был пойман и решил прибегнуть к силе.

Или ссору между любовниками, переросшую в схватку? В моем убийственном ремесле приходится быть въедливым. Нужно постоянно думать о подобных мелочах; например, о том, сколько женщин умирает от рук их возлюбленных. Цифра эта довольно высока, и мокрушнику есть с чем работать: можно вломиться в каюту, накачать мужчину ядом до бесчувствия, избить женщину до смерти, устроить в каюте погром, громко поорать, чтобы сбежались соседи, и уйти.

Соседи найдут мужчину пьяным и перемазанным кровью, как после жуткой драки, и повесят убийство на него. В половине случаев несчастного после этого отправят на виселицу, и вы совершите два чистых убийства вместо одного.

«Чистых» по меркам мокрушников, естественно.

Но я не знаю, есть ли у Петарии любовник, и не собираюсь убивать двоих человек, так что этот вариант исключается.

Мне не нужно прятать тело Петарии; более того, мне нельзя этого делать. Если она исчезнет, императрица может не поверить, что я ее убил. Так у моего решения появляются первые рамки. Тело должно остаться. Его должны найти люди императрицы.

Значит, я не могу вытолкнуть ее из окна… из иллюминатора? Неважно. А жаль. В такой шторм до берега не доплыть никому, поэтому выкинуть жертву за борт было бы проще всего.

Петария – чародейка, а значит, убить ее нужно быстро и неожиданно. Нельзя допустить, чтобы она успела защититься или позвала на помощь свою группу.

Группа – вот настоящее препятствие. Очевидно, после убийства они не должны выйти на меня. Все вместе сестры наверняка меня одолеют, но даже если у них не получится, они пошлют весточку остальной Часовне, и тогда мстительные чародейки, разбросанные по всему Мидсайру, задействуют свои обширные шпионские сети, власть и богатства, и будут охотиться на меня, пока существует их организация. Я бессмертен, но и Часовня по большому счету тоже.