Ветер и Правда. Том 2 - Брендон Сандерсон Страница 392

— Ветер подсказала способ, как избежать пыток, Нейл, – сказал Ишар. – При жизни Чести такое было невозможно, но с тем, что Воздаяние, самоутверждаясь, откачал часть его силы…

Нейл резко обернулся:

— Как?

— Я изучил видения Буреотца, – объяснил Ишар. – Ветер предложила мне создать нечто подобное. Пусть наши души вернутся на Брейз, наше сознание от них отделимо, и я мог бы поместить его в видение, избавив от любых ощущений душ или тел. Если действовать тонко, это удастся скрыть от Осколков. Думаю, мне такое по силам, если Эш и Пралла помогут.

Нейл бросился обратно к Ишару и взял его за плечо:

— Ты хочешь сказать…

— Возможно, мы обретем покой между Возвращениями, – сказал Ишар. – Вместо пыток. Воздаяние, если мы его свяжем, наверняка возжаждет мести и попытается вынудить нас нарушить договор, но если он не сумеет отыскать наше сознание…

При этой мысли что-то глубоко внутри Нейла задрожало. То, чего он так долго не знал.

— Это сработает? – спросил он. – По-настоящему?

— Гарантий дать не могу, – ответил Ишар, – но думаю, да. Старый друг! Найдешь ли ты в себе мужество, чтобы попробовать?

«Старый друг». Вначале они не были друзьями. Он считал Ишара высокомерным. Пожалуй, таким он и был. Пожалуй, отчасти таким и остался. Но теперь они друзья. Да, все так.

Но что насчет мужества Нейла? Он открыл было рот, но ему почудилось…

Почудились звуки флейт.

— Я попробую, – прошептал Нейл.

— Славно, славно, – проговорил Ишар. – Идем. Если мы ничего не предпримем, всем спренам придет конец. Честь необходимо сохранить.

Ишар опустился на колени рядом с Сзетом. Нейл присоединился и осторожно ощупал раны шинца. Они не вполне походили на ожоги, скорее на некроз.

— Сзет жив, – заключил Нейл, – но ему нужно Восстановление. У меня есть фабриаль…

— Но нет буресвета, – напомнил Ишар.

— Нет буресвета.

Нейл сник. В ходе противостояния Ишар, меч или Благословленный Бурей поглотили все запасы.

— Как только Сзет станет Вестником, это тело в любом случае утратит значение, – заметил Ишар. – Продолжаем.

Нейл перевернул Сзета на спину. Его голова безвольно перекатилась. Он едва дышал.

— А у него получится? Он должен произнести Слова.

«Нет, – сказала Ветер. – Он не сможет».

На востоке зарокотало. Оглянувшись, Нейл увидел, как над ними сгущается мгла. Будто синяк на самих небесах.

— Ишар, ты же сказал, что бурь больше не будет!

— Я сказал, что не будет Великих бурь, – прошептал пожилой Вестник. – Но есть и другая буря. Теперь единственная. Настала Ночь скорбей, Нейл. Пришло Истинное Опустошение.

— Истинное Опустошение? – повторил Нейл, баюкая Сзета у себя на коленях. – Ишар, что… что толку теперь сражаться? Зачем бороться? Зачем переживать? Буреотца больше нет. Йезриена больше нет. Мы в конце концов проиграли. Честь мертв.

— Да, – прозвучал тихий голос, – Чести больше нет.

Оба Вестника резко обернулись и увидели, как медленно приподнимается и садится лежавший на земле Каладин Благословленный Бурей: растрепанный, в измятом синем мундире, с перемазанным грязью лицом. Он взглянул на свою правую руку – на то, что от нее осталось, – и поморщился.

Вздохнув, Каладин тяжело встал на ноги:

— Но посмотрим, что я смогу сделать.

* * *

Чувствуя себя той коркой, что остается на дне котла, если рагу подгорело, Каладин поплелся по пустому полю и опустился на колени рядом с Сил.