Ветер и Правда. Том 2 - Брендон Сандерсон Страница 393

— Как у тебя дела? – спросил он.

— Он умер, – прошептала она. – Мой отец… умер. А я даже не уверена, что когда-либо знала его по-настоящему…

Она взглянула на Каладина, и он увидел в ее глазах бурю. Не метафорическую, а с самыми настоящими молниями и клубами туч. В одно мгновение ее одежда разительно переменилась. Царственное платье, какое подошло бы… королеве.

— Каладин, я не смогу защитить спренов, – сказала она. – Вражда забрал силу Чести. Мы не являемся частью… частью его. Он вберет нас, уничтожит, Претворит.

— Кажется, Ветер подготовила решение на такой случай, – сообщил Каладин.

«Прости. Мне не следовало бы просить… но я прошу. Это единственное решение, какое я смогла придумать, чтобы предотвратить опасность, которую предчувствовала».

Сил села и задумалась.

— Последние остатки Чести кроются здесь, в руках разбитого круга из разбитых людей. Понимаю. Преисподняя, Каладин! Я понимаю!

— То, что грядет, можно остановить Клятвенным договором? – уточнил он.

«Первоначальный договор сработал, потому что большинство Вестников прежде побывали избранниками Вражды и могли использовать эту Связь в качестве рычага, чтобы сковать его, – объяснила Ветер, налетев на него порывом. – Теперь, когда он стал Воздаянием, новая клятва должна дать тот же эффект. Наверное. Пожалуйста. Не питай ко мне ненависти».

Каладин стиснул зубы и встал, сжав кулаки – или, по крайней мере, попытавшись, ведь одна рука больше не действовала и ощущалась онемелой.

Он повернулся лицом к Ветру:

— Если этого не сделать, спрены в самом деле погибнут?

«Да, – прошептала Ветер. – Далинар Холин мертв. Культивация обрела свободу покинуть планету и бежит, устрашась того, что наделала. Честь и Вражда сливаются воедино. Воздаяние вберет в себя всю силу и создаст из нее оружие. Новых Претворенных. Ужасных Претворенных».

Каладин сделал глубокий вдох.

— Что тебе требуется от меня?

Сил взяла его под руку, и, когда он посмотрел на нее, на ее щеках блестели слезы. Настоящие. Как?!

— Каладин, ты уверен? – шепотом спросила она. – Ты понимаешь, что это значит? Если ты…

Шквал побери! Неужели она имеет в виду…

Да. Он это понял в тот момент, когда встал.

— Мы не можем просить тебя об этом, – прошептала Сил.

Каладин собрался:

— Но я могу предложить.

— Ты же все это время учился тому, что нельзя жертвовать собой ради всех вокруг, – сказала Сил. – Ты не можешь так поступить.

— Прости, – мягко возразил он, накрыв ее ладонь своей, – но я научился не этому.

Она подняла на него взгляд.

— Я усвоил, что я не обязан приносить подобную жертву, – объяснил он. – Я не смогу защитить всех, и я примирился с этим. Это не значит, что мне не следует стараться делать то, что в моих силах, и я усвоил, что могу помогать, не теряя себя. Вы, спрены, отдали всю жизнь своим Сияющим. Я могу расплатиться за это сейчас.

Он снова обернулся лицом к Ветру:

— Далинар в самом деле мертв?

«Да. И я не чувствую ни Навани, ни Сородича».

Сил содрогнулась, и слезы покатились по ее щекам. Видел ли он хоть раз, чтобы она плакала?

Каладин прикрыл глаза:

— У людей не останется ничего. Ни бури, ни бога, ни короля… Надо дать им хоть какую-то надежду.

Открыв глаза, он встретился взглядом с Сил:

— Что вам от меня требуется?

— Тебе нужно произнести Слова, – прошептала она.