Где демон выжигает небеса - Ирина Голунцова Страница 46

— Ну… так-то я уже твой тёмный заклинатель, да? – смущённо пробормотал Вэй Лу, в нервозности поддевая ногтем заусенцы. – Трудно было не стать твоим, учитывая, как ты подталкивал меня к тем или иным действиям. У тебя действительно талант копаться в чужих мыслях и манипулировать людьми.

— Я не знал, как иначе завоевать твоё доверие. Удивлён, что ты всё понял.

— Да что там понимать-то? – вздохнул Вэй Лу. – Ты ж ходячее отсутствие эмоций, куда сильнее пугаешь, чем очаровываешь.

— Ты боишься меня?

— Не знаю, – признался Вэй Лу, продолжая смотреть куда-то перед собой. – Возможно. Но это, знаешь, вызывает приятный трепет. Мне нравятся опасности, они помогают чувствовать себя живым. И… ну… ты вроде кажешься сложным, но на самом деле очень прост. Или я ошибаюсь и уже несу всякую чушь из-за нервозности…

— Почему ты нервничаешь? – не понял Асура.

Сдержанно выдохнув и обернувшись к Асуре, Вэй Лу одарил его снисходительным взглядом. Он искренне надеялся, что света луны хватало, чтобы передать его настроение.

— Ты буквально признал, что манипулировал мной, чтобы добиться расположения. Как думаешь?

— М-м, – прищурившись, напрягся Асура и осторожно предположил: – Ты расстроен, что добровольно повёлся на мои действия, и признаёшь свою глупость?

— …

— Я могу предсказать поведение и эмоции людей, но не то, как они будут их оправдывать. Я лишь констатировал то, что с тобой происходит, а не что ты себе воображаешь.

— Поражаюсь твоему бесстыдству.

— Стыд испытывают лишь те, кто не уверен в своих действиях.

— Обидно…

— Правдиво.

— Хочешь сказать, что я не уверен в себе?

— Не уверен. А самоуверен.

— Это что? Я слышу отголосок философии учёных мужей?

— Сарказм не делает тебя умнее.

— О-о, великий Асура научился распознавать сарказм, я восхищён.

— Опять язвишь?

— О мой бог, даже два раза определил. Этот заклинатель поражён вашим мастерством.

— Дурак ты, – пробормотал Асура.

Вэй Лу тихо усмехнулся.

Они с Асурой были настоящими противоположностями. Одним руководил холодный расчёт, а другой слушал своё сердце. Один предпочитал планировать и не спешить с выводами, а другой жил здесь и сейчас.

Это нравилось Вэй Лу, во всяком случае, ему было чему поучиться. Асура принимал его, и более ничего не требовалось.

— Ты не такой, как Хао или учитель, – вдруг обмолвился Асура. Подняв взгляд к полной луне, он с отпечатком боли во взгляде продолжил: – Но они самые близкие для меня люди. Я люблю их, насколько могу любить. А ты… другой. Но почему-то я готов поставить тебя наравне с ними.

Сердце забилось в тревожном предвкушении. Вэй Лу даже не понимал, что именно он слышал: трель ночных насекомых или же пульсацию крови в висках.

— Ты первый человек, который искренне захотел узнать меня. Это подкупает.

Испугавшись того, что не уследил за языком, Вэй Лу стушевался и нервно хохотнул. Только подумать: немногословный Асура – и выдаёт такие красивые речи; казалось, легче найти перо феникса или рог единорога[37]. На душе стало приятно, и невольно короткий разговор разогнал тучи на сердце. Может, Вэй Лу и не до конца понимал Асуру, но ему искренне импонировали его попытки проявить свою лояльность и открытость.

К счастью, от неловкого молчания их отвлекло сияние, приближающееся со стороны района духовной школы. С любопытством наблюдая, как к ним подлетела стрекоза, сформированная из духовной энергии, Вэй Лу нашёл картину необычайно живописной.