Ведьмы. Ру 3 - Екатерина Насута Страница 52

Филин напрягся, готовый в любой момент вскочить и броситься прочь, рогами пробивая путь к спасению. Детей, конечно, жаль, глупые, но он не готов ради жалости с жизнью расстаться. И вообще, в таком возрасте один вовремя полученный поджопник зачастую информативней тысячи слов.

— Китайщина просто. Паль какая-то. Батя говорил, что если самые дешевые брать, то они сами собой рвутся, вообще без усилия. А тут вот… дёрнулся во сне и кабздец.

— Ну да…

— И чего дальше?

— Надо… надо их тащить на место. И там уже привязать… — заключил тот, кто определённо был здесь за главного. — Тогда, даже если очнутся, не сбегут.

Только бы Профессор не запаниковал. Кто-то подхватил Филина за ноги и дёрнул.

— Тяжеленный… Светка!

— Чего? Я, между прочим, ведьма! А не козлотаскательница…

— Ты пока и не ведьма, так что давай, помогай. Егорьев, ты тоже не стой столбом! Харэ уже чипсы драть… давай, присоединяйся, если хочешь, чтоб успели…

И Филина снова дёрнули.

Потом ещё раз.

Потом он болезненно бухнулся о землю, потому что придержать тушу не додумались.

— Ой, — пискнула девица, когда Филин, поняв, что дальнейшей транспортировки он может и не пережить, вскочил на ноги. — Козя… он проснулся! Зелушка, тут козлик проснулся… цыпа-цыпа… то есть козя-козя…

Сама она, коза малолетняя.

Филин затряс головой и огляделся.

— Хватай его! — приказал тощий прыщавый парень в чёрной хламиде. — Да за рога и хватай!

— Тебе надо, ты и хватай! — огрызнулся другой, который был пониже, в плечах пошире и не в хламиде, но в драных джинсах и некогда белых кроссовках. — Тоже мне, раскомандовался!

— Мальчики, — всхлипнула девица, прижимая ладони к груди. — Не ругайтесь, пожалуйста… козя хороший, хороший козя…

И протянула дрожащую руку.

Вот и что с ними, убогими, делать-то? Что-то подсказывало, что от этих горе-сатанистов и обычный козёл ушёл бы без особого труда. Филин позволил себя погладить.

Осмотрелся, отметив ещё одного участника — пухлого паренька в круглых очках и кислотно-зеленой майке с надписью «Самый любимый внук». В руках тот держал открытую пачку чипсов, которую и прижимал к груди.

Да уж…

— Профессор, — окрикнул Филин. — Выходи из нирваны. И в принципе тоже. Люди ждут.

Дети.

Подросшие. Бестолковые. И решившие связаться не с тем, с чем стоило бы связываться. И главное, где хоть один взрослый, который бы удержал?

— Видишь, не убегает, — с облегчением сказал тот, что в хламиде. — Он домашний же. Домашние козлы, они добрые…

— А мы их в жертву… — девушка шмыгнула носом и часто-часто заморгала.

— Свет, вот не начинай. Всё же уже обсудили, обговорили… и вообще…

— И где мы находимся? — поинтересовался Профессор, выглядывая из машины. — Какой унылый урбанистический пейзаж. Прямо-таки веет безысходностью… но позволено ли мне будет узнать, что вы задумали, коллега?

Профессор спрыгнул, но когда девица потянулась и к нему, гордо отстранился.

— Я не прощаю предательства! — заявил он, задрав рогатую голову.

— Вот! — хохотнул тот, который в драных джинсах. — Даже козёл понял, что всё зло — от баб!

— Сам ты…

— Думаю, что детишек надо проучить, — Филин позволил почесать себя за ухом. Приятно, однако. — Так, чтоб они эту дурь из голов выкинули и вообще за ум взялись.

— О, задача, несомненно, не из простых… — Профессор обвёл собравшихся превнимательным взглядом. — Кроме того остаётся опасность, что эти, как вы изволили выразиться, детишки причинят нам вред…