Заброшка - Эра Думер Страница 55

— А, щенок! – закричал Харот. – Крутишь хоровод вокруг слабой особи, хотя сам еле на ногах стоишь. Рассчитываешь на спаривание?

— На… что? – макет не отпускал, но фраза сбила его с толку.

У меня екнуло сердце: не приведи бог каперу брякнуть про любовь, и Ян сломается. Я выступила вперед в попытках остановить беспредел, но вмешался Гильгамеш: он прицелился Партизану Хароту в спину из энергошотгана, в дуле которого созревал белый комок света.

— Прости, мне очень не хотелось бы делать это.

Уголок губ Харота дернулся в усмешке. Не поворачивая головы, он сказал:

— Напомнить, как ты напрашивался ко мне в команду, щегол? Как умолял, чтобы я взял тебя, ты, тридцатипятилетний лоб, магически неполноценный огрызок, недостойный даже дома иметь!

Мне померещилось, что маска учтивости Гильгамеша в тот момент «съехала», обнажив растерянное лицо, искаженное болью. Я опустила взгляд на палец капера, погладивший сенсор «крючка», но на переднем плане промчалась фурия и снесла Харота. Раздалось два жестких удара, и Партизан Харот, как был на спине, вырубился с окровавленным носом.

Я подняла взгляд на фигуру Инанны, склонившейся над ним: она потерла костяшки, стянутые кожаными перчатками, и обратила на нас взор из прорезей маски.

— А от молчуньи есть прок, – прокомментировал Ян, расправив плечи.

Гильгамеш сложил оружие и подошел к нам, вымучивая улыбку. Я думала, как его поддержать, но оставила эту мысль – каперу явно не хотелось, чтобы его жалели, тем самым поддерживая слова Харота.

— Вера права, – сказала Инанна. – Перебить друг друга мы всегда успеем. Надо думать, как выбраться.

Я с благодарностью кивнула агенту, и она, избегая общения, занялась связыванием Партизана Харота: стянула мерзавцу руки собственным ремнем. Ян потеребил ухо, хмуро посмотрев на отключившегося Партизана:

— Какой шумный мужик. Где ты его откопал? – он поднял взор на Гильгамеша.

Капер глубоко вдохнул и произнес на выдохе:

— Долгая история. – Гильгамеш сложил ладони домиком и обратился ко мне: – Ты и впрямь нестандартно мыслишь, сказывается опыт консультанта – будем тебя беречь. Когда ты в последний раз пила?

Я посмотрела по сторонам, словно ища ответ в пустынных пейзажах, и пожала плечами.

— Светила шпарят так, что мы очень скоро ощутим все прелести обезвоживания, – сказал, качая головой, капер. – Мы с Инанной раздобудем воды, а вы с Яном расположитесь под деревом в тени. Лучше, чем ничего.

Ян возмутился, что его отправили в ссылку для слабаков, но я напористо повела макет под руку. Инанна с Гильгамешем проверили Партизана Харота и, удостоверившись в том, что он не причинит нам вреда, отправились осматривать наш «аквариум». Подивившись поставленному удару мастера переходов, я села в узкой тени и потянула Яна за собой. Не удержавшись, он свалился – и снова на меня, как в супермаркете. На этот раз я смогла близко-близко рассмотреть осунувшееся бледное лицо, покрасневшие веки, алые от крови губы; услышать, как со свистом входит и выходит из куклы воздух. У меня сдавило за грудиной – подвинувшись ближе к дереву и подальше от Яна, я сказала:

— Не строй из себя героя. Мертвый ты бесполезен.

Макет примостился рядом, скрестил руки на коленях. Оторвал травинку, похожую на лисохвост, и погрыз стебель.