Судьба, начертанная кровью - Даниэль Л. Дженсен Страница 78

Похищенные сокровища. И если эта часть предания – правда, значит…

Тьму разорвал крик. Затем еще один, и еще.

Пронзительные, сотрясающие камень, они раздавались отовсюду и ниоткуда. Несметные голоса, чей вой был полон горя, боли… ярости. Их сменил потусторонний барабанный бой, и сквозь его быстрый ритм раздался топот. Не обуви, не голых ног, но скрежет… костей по камню.

И они приближались.

— Беги! – ахнула я, но Бьорн уже вцепился в мое запястье и потащил меня вверх.

Ужас прогнал усталость, я перескакивала по три ступени за раз. Щит бился о мою спину. Лестница кончилась, Бьорн нырнул вправо, в узкий проход, волоча меня за собой.

И резко застыл.

Я врезалась в Бьорна и пребольно впечаталась лбом в его кольчугу. Ошеломленная, я выглянула из-за его спины.

Лучше бы, наверное, не выглядывала.

К нам неслись четыре скелета, озаренные странным зеленоватым свечением. С костлявых тел свисали обрывки кожи и доспехов, зияющие пасти с почерневшими, гнилыми зубами изрыгали леденящие душу боевые кличи. Но оружие в их руках блестело так, словно драуги даже в смерти его берегли.

Я обернулась. Ступени, откуда мы пришли, заливал тот же зловещий зеленый свет. Грохот барабанов и топот ног с каждым мгновением становились все громче.

Мы в ловушке.

— Фрея, – позвал Бьорн, снимая с плеча щит, – готовься к бою.

Тоже сорвав свой щит, я обнажила меч и воззвала к Хлин. Чары, вспыхнув, окутали мой щит, и с лестницы хлынули драуги. Встав к ним лицом, спина к спине с Бьорном, я расставила ноги пошире. Зловонный пар наполнял мне рот с каждым быстрым вздохом.

Пустые глазницы уставились на меня, пещера содрогнулась от жутких криков, и драуги с поднятым оружием ринулись вперед.

— Огнерожденная, – прошептала я – и разразилась собственным боевым кличем.

Драуг бросился на меня, и на миг мне даже показалось, что чары не выдержат. Что мертвец пробьется сквозь щит, лязгая зубами и скрежеща по нему когтями. Но серебристое сияние было силой богини, и оно, словно схватив драуга, швырнуло его прочь с мощью самой Хлин.

Драуг пролетел по воздуху и врезался в собратьев. Вскочив, мертвецы встали на четвереньки и зашипели, как зверье. Однако затем, не нападая, они склонились друг к другу, и все мои надежды, что это бездумные создания, рассеялись как дым. Проклятые, костлявые, они сохранили в себе частичку тех воинов, которыми когда-то были.

У меня взмокли ладони, когда один прыгнул и повис на потолке, неестественно выгибая назад шею, чтобы красться по верху и не сводить с меня глаз. Второй драуг пополз по стене, впиваясь костями пальцев в трещины камня и сжимая гнилыми зубами нож. Но возглавлял их самый крупный, что пошел вперед тяжелыми, скребущими шагами.

Я сорвалась на слишком частые, судорожные вздохи, всеми силами сдерживаясь, чтобы не сбежать. Впрочем, бежать-то было некуда. Позади меня кряхтел от напряжения Бьорн, сражаясь с визжащими драугами, но я не осмеливалась оглянуться. Ведь Бьорн доверил мне прикрывать ему спину.

Мертвецы приближались. Щитом всю ширину туннеля не перекроешь, и я лихорадочно металась взглядом – от драуга, цепляющегося за потолок, к тому, что полз вдоль стены, и к третьему, шагающему на меня с отвисшей в подобии жуткой ухмылки челюстью. Шаг. Костлявые ноги скрежетнули по камню. Шаг.