Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Гончарова Страница 80

Объяснять ей, на кого она глаз положила, я даже не пыталась. Еще чего.

— Я – его невеста. А будешь на моего жениха пялиться – будешь сверкать коронками, – огрызнулась я. – Пойдем, солнце мое, нас внизу ждут.

Вампир очаровательно улыбнулся мне – и мы проплыли мимо Доси, как мимо пустого места.

В клубе уже было яблоку негде упасть. Люди словно осатанели. Инстинкт толпы называется. Массовый психоз. Если человек один – он не станет орать и прыгать. А если их много – начинается подзаводка друг друга. Чем и пользовались вожди революции.

Мечислав огляделся.

— Пушистик, мне надо открывать вечеринку. Ты переживешь без меня?

— Как-нибудь. О, Надя?

— Отлично. Надя, составь компанию моей девушке, – велел оборотнихе Мечислав. И смылся.

Надя критически оглядела меня.

— Все-таки ты слишком скромно одета для ночного клуба.

Ага, и ни одной блестки на всей площади одежды.

— Моя бы воля – я бы сюда и не пришла. Я не поп-певица и не поп-фанатка.

— Дайте пройти, тетехи, – раздался сзади капризный голос.

О, Дося, легка на помине. Чтоб тебя черти сожрали… Кажется, она просто ковыляла за нами с вампиром. И выползла.

Надя уставилась на нее с откровенным восторгом.

— Вы… Вы ТА САМАЯ Дося?!

Дося смерила ее презрительным взглядом.

— Исчезни отсюда, деревня. Какими ты духами опрыскалась? Феромонами собак? У меня от этой вони сейчас аллергия начнется!

На Надиных ресницах набухли слезинки. Я обиделась за подругу.

— Кто бы говорил, а ты бы помолчала, швабра крашеная.

Дося попыталась посмотреть и на меня. Но куда там. Я с вампирами взглядом мерилась, а уж с этой шалавой…

— Да ты хоть знаешь, с кем говоришь, деревенщина? Я – Дося Блистающая!

Я с невинным видом уставилась на Досю.

— Ну как же! Кто же может вас не знать! Вы на всю страну прославились! Это не вы в рекламе стирального порошка снимались? В роли свинки?

Дося задохнулась от возмущения. Я подхватила Надю под руку и отвела в сторону. Подруга явно была расстроена, в глазах блестели слезы. Блин! Ну, Дося, погоди! Я не волк, сожру без церемоний! Надька – моя подруга. И главное – было бы из-за чего расстраиваться!

— Надя, изволь не обращать внимания на эту швабру в блестках. Это просто крашеная кукла. Дешевая, вульгарная и надувная. Настоящая знаменитость никогда не позволит себе подобного хамского поведения.

За спиной раздался сдавленный хрип. Я обернулась. М-да. Дося последовала за нами – и прекрасно услышала и утешения, и мою характеристику ее особы. Назревают проблемы? А, ладно! Разгребу! Лишь бы Мечислав не вмешался.

— Вам валерьяночки? Или сразу водочки?

Дося обрела речь и разразилась моей краткой характеристикой. В вольном переводе это звучало так: «Ах ты, нехорошая женщина очень легкого поведения с нетрадиционными наклонностями, произошедшая от таких же родителей, вольно скрещивающихся с животными».

Я выслушала с интересом. Потом поаплодировала.

— Браво. Это вас клиентура на дороге научила – или на эстраде нахватались?

Стоявшие рядом люди навострили ушки. Но прежде чем Дося взвилась еще раз, через толпу протолкался ее продюсер.

— Что тут происходит?

— Да ничего особенного. Ваша подопечная похвасталась вольным переводом малого боцманского загиба. А мне стало интересно – она научилась этому до встречи с вами – или уже потом, – невинно хлопнула ресницами я.